С О Ц И Н Т Е Г Р У М

цивилизационный форум
     На главную страницу сайта Социнтегрум      Люди и идеи      Организации      Ресурсы Сети      Публикации      Каталог      Публикатор_картинок
                       
 
Текущее время: Пн дек 06, 2021 7:07 am

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 10 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Восточные галинды («голядь») и происхождение Москвы
СообщениеДобавлено: Вс сен 30, 2007 7:13 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
Восточные галинды («голядь») и происхождение Москвы

Восточные галинды («голядь»)

http://www.muenster.org/litauen/html/ge ... balten.htm

Изображение

Карта расселения народов Европы в IX веке.
(УНПК Орловский Государственный Технический Университет)
Исходный файл карты - http://www.ostu.ru/personal/nikolaev/rus9.gif

Название файла в форуме Socintegrum
http://www.socintegrum.ru/pictures/images/rus9.gif


ГОЛЯДЬ - балтийское племя, в 1-м - нач. 2-го тыс. н. э. населяло бас. р. Протва между землями вятичей и кривичей; ассимилировано восточными славянами. Летописи 1058 и 1147 упоминают балтийское племя «голядь» на реке Протва, в юго-западной части современной Московской области.

Гидронимия балтийского типа встречается на территории всей Московской области. На юго-западе она наиболее поздняя, оставленная голядью.

Граница балтийской гидронимии проходит от Санкт-Петербурга, приблизительно по линии Московской железной дороги, несколько восточнее города Москва, вдоль реки Москва до ее впадения в Оку.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Baltiškų vandenvardžių paplitimo žemėlapis
Карта распространения балтской топонимики - названий рек, озер и болот

Šioje teritorijoje reikia ieškoti baltų protėvynės, kuri, tikriausiai, bus buvusi prie Balti­jos jūros (pietinis ir rytinis Pabaltijys) ir toliau į rytus.
На этой територии надо искать прародину балтских народов

Исходный файл карты -
http://vydija.puslapiai.lt/straipsniai/Protev4.jpg

Название файла в форуме Socintegrum
http://www.socintegrum.ru/pictures/images/protev4.jpg

Изображение

Исходный файл карты -
http://www.lietuvos.net/istorija/tarvyd ... age011.gif

Название файла в форуме Socintegrum
http://www.socintegrum.ru/pictures/images/image011.gif

Изображение

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Археологические культуры III-IV в. н.э. и балтийские гидронимы

Исходный файл карты -
http://linguarium.iling-ran.ru/maps/baltic3-4c-150.gif

Название файла в форуме Socintegrum
http://www.socintegrum.ru/pictures/imag ... ic3-4c.gif

(после нажатия на линк сайта. подождать пока на карте в правом нижнем углу появится окошло и нажать на него - карта "вырастет")

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Предполагаемая зона распространея Балтийских языков - VI в. н.э.

Исходный файл карты -
http://etheo.h10.ru/imag/balt-n-1.jpg

Название файла в форуме Socintegrum
http://www.socintegrum.ru/pictures/images/balt-n-1.jpg
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Археологами отмечено три колонизационных потока древних славян в Волго-Окское междуречье:

- с северо-запада и запада шли новгородские словене и кривичи,
- с юга - вятичи,
- на рубеже IX-X вв. новгородские словене, расселяясь в юго-западном направлении, остановили дальнейшее продвижение смоленских балтов в Заволжье и в восточную часть Волго-Окского междуречья.

Волна смоленских кривичей, двигаясь с верховьев Днепра в Волго-Клязьминское междуречье по миграционным следам балтов, ассимилируя и активно вовлекая их в свою хозяйственную деятельность, в XI в. значительно сократила территорию расселения балтоязычных племен на севере западного Подмосковья.
Северная граница территории балтов стала проходить по р. Рузе, а восточная - по правому берегу среднего и нижнего течения р. Москвы, переходя в некоторых местах на левый берег, как, например, в районе будущей территории Москвы (Сходненское, Тушинское и Кремлевское городища).

Весьма показательно то обстоятельство, что на территории московской родо-племенной группы не только крупные реки, но и часть мелких рек носят балтские названия. Древние названия мелких речек могли сохраниться только при условии существования постоянных поселений на их берегах, при передаче этих названий из уст в уста. Это говорит о том, что окрестности Москвы, возможно, были населены гуще, чем территории других родо-племенных групп западного Подмосковья. Поэтому именно Москва, располагавшаяся в узле расселения балтских племен, раньше других в западном Подмосковье попала в зависимость от Ростово-Суздальского княжества.

Археологические памятники как ранних (IX в.), так и более поздних (X-XI вв.) кривичей локализуются в верховьях Ламы, на левом берегу Рузы и ее притоках - Озерне, Истре, а также в междуречье Клязьмы и Москвы, на восток и юг, до р. Оки.
Непосредственно на территории современной Москвы кривичских памятников-курганов не выявлено, но они дугой охватывают ее с востока, приближаясь на 15-20 км, территория же самой Москвы была заселена балтами.

Так, гидроним Волга, по всей вероятности, балтийский, ср. литовское и латышское valka 'ручей, текущий через болото'; 'небольшая, заросшая травой река'. Оба эти значения соответствуют образу верхнего течения Волги. Гидроним Москва В. Н. Топоров сопоставляет с балтийскими словами mask-ava, mazg-uva, обозначающими топкое болотистое место. Москва-река начинается в Старковом болоте, оно же Москворецкая лужа. Русское диалектное слово мозгва обозначает топкий берег.

Названия более мелких рек также могут быть сопоставлены с балтизмами: Нара (левый приток Оки) – 'поток', Лама (правый приток р. Шоша) – 'низина, узкая долина', Лобня (левый приток Клязьмы), Лобца (левый приток р.Истра), Лобь (правый приток р.Шоша) – 'долина, русло реки', Руза и Русса (левый приток р.Лобь) – 'узкий луг с ручьем', две реки Сетунь (обе правые притоки р.Москва) – 'глубокое место реки, середина реки'.

******************************************************************************************

Свечин Андрей ИСТОРИЧЕСКИЕ ВОЗЗРЕНИЯ ЛЕНЫПАЛНЫ
http://zhurnal.lib.ru/s/swechin_a/istor ... alny.shtml

Выдержка:

"Голядь - племя известное. Я не шучу. Ее знавали даже в Риме - поминает ее историк Иордан, живший в 6 веке. Конечно, он ее не слишком точно на карту помещает, но по общему направлению верно. А мы знаем точно - на Оке, да на Пре, да на Пахре ее местожительство было.

Голядь - племя балтское. Именно балтское. Крайняя точка балтской волны расселения. Остров балтов. Посреди сначала финно-угров, потом славян. Как занесло этот сколок балтского этноса в такую даль?

Голядь - племя гордое и не слишком гостеприимное. Вятичских курганов на ее коренной территории так и не случилось. До 15 века не было в районе Протвы крупных славянских поселений. И ни сначала, ни потом голядь не уходила со своих земель с приходом славян. Но татары перемешали все... А московские государи докончили процесс "русификации". Кто теперь вспомнит это племя - известное, балтское, гордое... Но мы с ними - одной крови! Пусть хоть капелькой!"

******************************************************************************************

ТОПОНИМИКА
http://www.krugosvet.ru/articles/76/100 ... 7636a1.htm

Выдержка:

"В I тысячелетии н.э. древние балты контактировали с финно-угорским населением, представленным племенами меря, мурома и др.

В 8–9 вв. в Волго-Окском междуречье появляются первые славянские колонисты. Но после их прихода балтийское население оставалось на своих местах. Летописи 1058 и 1147 упоминают балтийское племя «голядь» на реке Протва, в юго-западной части современной Московской области.

Гидронимия балтийского типа встречается на территории всей Московской области. На юго-западе она наиболее поздняя, оставленная голядью.

Так, гидроним Волга, по всей вероятности, балтийский, ср. литовское и латышское valka 'ручей, текущий через болото'; 'небольшая, заросшая травой река'. Оба эти значения соответствуют образу верхнего течения Волги. Гидроним Ока может быть интерпретирован как восходящий к финскому joki 'река' или из балтийского akis/okis с гидронимическим значением.

Гидроним Москва В. Н. Топоров сопоставляет с балтийскими словами mask-ava, mazg-uva, обозначающими топкое болотистое место. Москва-река начинается в Старковом болоте, оно же Москворецкая лужа. Русское диалектное слово мозгва обозначает топкий берег.

Названия более мелких рек также могут быть сопоставлены с балтизмами: Нара (левый приток Оки) – 'поток', Лама (правый приток р. Шоша) – 'низина, узкая долина', Лобня (левый приток Клязьмы), Лобца (левый приток р.Истра), Лобь (правый приток р.Шоша) – 'долина, русло реки', Руза и Русса (левый приток р.Лобь) – 'узкий луг с ручьем', две реки Сетунь (обе правые притоки р.Москва) – 'глубокое место реки, середина реки'.

Граница балтийской гидронимии проходит от Санкт-Петербурга, приблизительно по линии Московской железной дороги, несколько восточнее города Москва, вдоль реки Москва до ее впадения в Оку."


******************************************************************************************

Какие существуют гипотезы о происхождении слова «Москва"?
http://moscow.gramota.ru/znan01.shtml

Тюльпаков Б.М. Топоним "Москва" в свете этнических процессов в западном Волго-окском междуречье // История СССР. 1991. №5.
http://www.teacher.syktsu.ru/08/liter/004.htm
http://www.auditorium.ru/books/4522/ch4.pdf (смотреть карты - 3 схемы)

Выдержка:

"На рубеже I тыс. н. э. в Волго-Окском междуречье господствовал финно - угорский этнос, оставивший на Московской земле археологические памятники - городища "дьякова" типа.

К западу от финно-угров обитали племена балтоязычного этноса, который, как и славянский этнос, восходит к индо- европейской языковой общности.

Известно и племенное название балтоязычного этноса - "галинды", которое приводят астроном и историк Птолемей (II в.) и готский историк Иордан (VI в.).

Племена балтоязычного этноса занимали обширную территорию от верховьев Днепра до южного побережья Балтийского моря, где они известны в XIII в. под местным названием - пруссы, ливы, ятваги, латгалы (предки литовцев и латышей).

Граница расселения верхнеднепровской группы балтоязычного этноса на востоке повторяла западную границу расселения финно-угров и проходила по Вяземской возвышенности, являющейся водоразделом верховьев Днепра, Волги, Москвы-реки и Угры.

Дьяковская культура просуществовала около тысячелетия. При этом в период наибольшего расцвета этой культуры, приходящегося на II-III вв., более половины всех поселений (городищ) располагались по течению р. Москвы и ее крупным притокам - Рузе, Истре, Пахре. Каких-либо существенных отличий в материальной культуре северных, центральных и южных ареалов дьяковских поселений на протяжении всего тысячелетия не наблюдалось, поскольку изменения, которые отмечались на археологическом материале, происходили синхронно на всех городищах. Все это указывает на одинаковость промыслово-хозяйственной деятельности и тесное общение между собой родо-племенных групп дьяковского населения.

Такая тесная связь была бы невозможна в других условиях, если бы не было столь удобной транспортной артерии, которой являлась р. Москва. Занимая срединное положение в ареале дьяковской культуры и являясь главной артерией, связывающей между собой поселения Верхней Волги н среднего течения Оки, р. Москва обеспечивала постоянный товарный обмен и промыслово-хозяйственную деятельность населения западной части Волго- Окского междуречья.

Основным занятием населения дьяковской культуры было скотоводство, определившее оседлый образ жизни на укрепленных поселениях. Защитные сооружения в виде тына или "стены" просуществовали до первых веков нашей эры и являлись характерными для поселений дьяковской культуры.

Во II-III вв в системе защитных сооружений происходят коренные изменения, характеризующие смену этнического населения в западной части Волго- Окского междуречья.

К середине I тыс н. э. этническая картина западной части Волго-Окского междуречья резко меняется. На рубеже и в первых веках новой эры южные соседи верхнеднепровских племен двинулись на запад и север, спасаясь от набегов кочевников-сарматов, а затем и гуннов.

Приток южного населения в верховья Днепра вызвал перенаселенность территории и подвижку балтоязычных племен на Восток - в западную часть Волго-Окского междуречья, занятую финно-угорскими племенами. Огибая с севера и юга Вяземский лесной массив, верхнеднепровские племена двумя колонизационными потоками вторглись с запада в Волго-Окское междуречье. Как и ранее, р. Москва явилась основной водной магистралью расселения племен, продвигавшихся с верховьев Днепра.

К VI в вся территория дьяковской культуры, от Средней Оки на юге до Верхней Волги на севере, включая все течение р. Москвы и ее крупные притоки - Рузу, Истру, Пахру, была заселена балтоязычными племенами.

Однако вскоре началось разрушение монолитного расселения балтоязычного этноса, территория которого уже простиралась от Балтийского моря до Волго- Клязьмин-ского междуречья Это произошло в VII-VIII вв., когда в Верхнее Поднепровье с юго-запада вторглись племена славян-кривичей, отрезав тем самым восточную группировку племен от западной.

В результате на территории западного Подмосковья образовался "реликт" балтоязычного этноса, который нашел отражение в древнерусских летописях под именем "голядь" (славянизированный вариант слова "галинды").
Этнос балтов-"голяди" в западном Подмосковье археологически устанавливается "позднедьяковским" культурным слоем, оставленным на городищах дьяковского типа При этом отчетливо прослеживается преемственность "позднедьяковской" культуры с культурой Тушемля Смоленщины по схожести археологического материала и оборонительным сооружениям. Пришлые балты заселили практически те же места, которые до них уже были освоены - городища, ранее возведенные дьяковскими племенами.

Смена этноса в западном Подмосковье, начало которой следует отнести к II-III вв., проходила далеко не мирным путем. Этот вывод подтверждается существенным изменением облика керамической посуды, хозяйственных изделий, набором украшений и главным образом коренной перестройкой фортификационных сооружений городищ.

Большая часть дьяковских городищ подвергается полной реконструкции. Жилые площадки городищ расширяются и окружаются системой двойных и тройных валов и рвов. На городищах сооружается система обороны, исключающая внезапность захвата и возможность поджога жилых строений, забрасывания их смоляными факелами и горящими предметами.

Население подобных городищ могло выдерживать длительную осаду, не испытывая недостатка воды, так как крайний оборонительный вал с защитным тыном обязательно захватывал ручей или участок с низко расположенным к поверхности водоносным слоем, где мог устраиваться колодец.

Вне всякого сомнения, расселение балтов в западной части Волго-Окского междуречья происходило при упорном сопротивлении финно-угорского населения. Это противоборство продолжалось, видимо, до конца V в , когда население дьяковской культуры было окончательно вытеснено в восточную часть междуречья и за Верхнюю Волгу.

То, что процесс расселения балтов происходил не мирным путем, а насильственным вытеснением дьяковских племен, подтверждает ареал распространения балтоязычных гидронимов на этой территории и отсутствие гидронимов финно-угорской языковой группы. Несомненно, что у дьяковского населения существовали названия водных объектов западной части Волго-Окского междуречья. Однако они не дошли до наших дней вследствие исторического разрыва, отсутствия преемственности между культурами финноязычного населения и славян.

Иными словами, финно-угорские гидронимы не сохранились, так как не было прямого языкового контакта славян с населением дьяковской культуры, а последних с балтами из-за существенных языковых различий.

Несмотря на то, что быт, промыслово-хозяйственная деятельнось и в целом материальная культура финно-утров и балтов мало отличались друг от друга, р. Москва для балтов, как впоследствии и для славян, играла более важную роль, чем для дьяковского населения. В этом убеждают дошедшие до нас мно- гочисленные балтские гидронимы, сохранившиеся до наших дней в основном в неизменном виде.

Правда, в западной части Волго-Окского междуречья сохранилось около десятка гидронимов, которые могут быть отнесены к финноязычной группе, но все они в основном расположены в пограничных районах расселения. Это еще раз указывает на то, что историческая преемственность гидронимов при смене этнического населения была возможна только при длительных пограничных контактах разноязычных этнических групп или мирной ассимиляции одних другими. По всей видимости, только первый случай имел место при расселении балтов в Волго-Окском междуречье.

К настоящему времени в западном Подмосковье выявлено около 130 городищ раннего железного века. Предполагается, что с учетом несохранившихся и ненайденных было 200-250 таких поселений.

Все городища по культурным напластованиям относятся к однослойным (дьяковские), двухслойным (дьяково-балтские) и трехслойным, в верхнем слое которых содержится архео- логический материал славянского времени. При этом более 60% городищ содержит культурный слой, оставленный балтами.

География городищ и археологический материал позволяют выделить в за падном Подмосковье пока условно 11 родо-племенных групп и их центры-городища, на возможность существования которых впервые указал Р Л. Розейфельд."

..............................

"Укрепленные городища использовались балтами на протяжении нескольких веков. Но уже в V-VI вв. в связи с ростом родовой общины, развитием пашенного земледелия и главным образом с устранением набегов дьяковских племен балты стали их покидать и переходить на селища, которые устраивались на надпойменных террасах вблизи рек.

На территории московской родо-племенной группы (в границах современной Москвы) рядом с Дьяковским, Мамоновским (Андреевским), Кунцевским, Тушинским городищами выявлены поселения (селища) дославянского населения, в том числе в Коломенском, два на Ленинских горах, в Филях, Химках и других районах города.

Характерно, что вблизи городищ или непосредственно на селищах в XII-XIII вв. возникли поселения славян, которые установлены по курганным погребениям.

Упоминания о славянских (русских) селах и поселениях (селищах) балтов дошли до нашего времени в древнерусских летописях, духовных и договорных грамотах великих и удельных князей и других исторических документах XIV-XV вв.

Весьма показательно то обстоятельство, что на территории московской родо-племенной группы не только крупные реки, но и часть мелких рек носят балтские названия. Древние названия мелких речек могли сохраниться только при условии существования постоянных поселений на их берегах, при передаче этих названий из уст в уста. Это говорит о том, что окрестности Москвы, возможно, были населены гуще, чем территории других родо-племенных групп западного Подмосковья.

Поэтому именно Москва, располагавшаяся в узле расселения балтских племен, раньше других в западном Подмосковье попала в зависимость от Ростово-Суздальского княжества.

Археологами отмечено три колонизационных потока древних славян в Волго-Окское междуречье.

С северо-запада и запада шли новгородские словене и кривичи, с юга - вятичи.

На рубеже IX-X вв. новгородские словене, расселяясь в юго-западном направлении, остановили дальнейшее продвижение смоленских балтов в Заволжье и в восточную часть Волго-Окского междуречья.

Волна смоленских кривичей, двигаясь с верховьев Днепра в Волго-Клязьминское междуречье по миграционным следам балтов, ассимилируя и активно вовлекая их в свою хозяйственную деятельность, в XI в. значительно сократила территорию расселения балтоязычных племен на севере западного Подмосковья. Северная граница территории балтов стала проходить по р. Рузе, а восточная - по правому берегу среднего и нижнего течения р. Москвы, переходя в некоторых местах на левый берег, как, например, в районе будущей территории Москвы (Сходненское, Тушинское и Кремлевское городища).

Археологические памятники как ранних (IX в.), так и более поздних (X-XI вв.) кривичей локализуются в верховьях Ламы, на левом берегу Рузы и ее притоках - Озерне, Истре, а также в междуречье Клязьмы и Москвы, на восток и юг, до р. Оки.

Непосредственно на территории современной Москвы кривичских памятников-курганов не выявлено, но они дугой охватывают ее с востока, приближаясь на 15-20 км, территория же самой Москвы была заселена балтами.

Несколько по-иному складывались условия славянской колонизации западного Подмосковья с юга.

Появление первых поселений вятичей на Верхней Оке датируется рубежом VIII-IX вв. Следы проникновения вятичей в южную и центральную части западного Подмосковья начинают прослеживаться по курганным захоронениям лишь со второй половины XII в. К середине XII в,, северная граница расселения вятичей мало изменилась и проходила по среднему течению Оки и ее притоку - р. Угре.

Летописи не сообщают точной даты и не указывают причины позднего расселения вятичей в западном Подмосковье, не содержат они сведений и о границах территории расселения летописной "голяди" и ее взаимоотношениях со славянским населением и соседними княжествами.

Кривичских курганов в бассейне р. Протвы нет, но вместе с тем в XII в. Уставная грамота смоленского князя Ростислава Мстиславича (1136 г.) фиксирует даннические центры Смоленского княжества в южных районах западного Подмосковья - на р. Шане (Путтино), Протве (Бобровники, Беницы), Истье (Доброчков), Пахре (Добрятино) и в верховьях р. Москвы (Ветца, Искома).

При этом наблюдается определенная географическая закономерность: центры располагаются по периферии территориального образования "реликта" балтоязычного этноса середины XII в.
Образование феодальных центров на востоке Смоленской земли яаилось продолжением естественного процесса колонизации смоленских балтов, предки которых, поселившись в западном Подмосковье, образовали родо-племенные центры в бассейнах Протвы и Москвы.

Длительные контакты с балтоязычным населением, по-видимому, позволили княжеской администрации Владимира Мономаха, в состав которой могли также входить ассимилированные балты, сравнительно мирным путем завершить колонизационный процесс, так как эти события не попали на страницы летописи.

Таким образом, вся территория балтоязычной "голяди" по Протве и ее притокам, Пахре до впадения Десны и верхнему течению р. Москвы к середине XII в. принадлежала Смоленску, образовав восточный выступ Смоленского княжества (рис. 3).

Балтоязычное население по среднему течению р. Мосвы, в том числе в районе Москвы, очевидно, в то время уже платило дань ростово-суздальскому князю.

Балтоязычная "голядь" дважды попадает на страницы летописи в XI- XII вв. и еще раз в XIII в. как этнос "литва".

Первый раз "голядь" упоминается под 1058 г. в связи с карательным походом киевского князя Изяслава Ярославича.

Вторично балтоязычная "голядь" упоминается на Протве в контексте летописных событий 1146-1147 гг., в период максимального накала междоусобной борьбы Ольговичей и Давыдовичей, в которой активное участие принимает ростово-суздальский князь. Юрий Долгорукий заключает союз с новгород-северским князем Святославом Ольговичем и проводит ряд военных мероприятий на рубежах своего княжества, которые в дальнейшем обеспечивают ему успех в борьбе за киевский стол.

Особенностью походов Святослава Ольговича является развертывание военных действий не в центральных районах Смоленской земли, а на территории "голяди" по Протве и ее притоку Угре. Поход был не случаен, так как по территории "голяди" проходила "прямоезжая" дорога на Киев, и местное население могло оказать серьезное сопротивление войскам Юрия Долгорукого и военным действиям его союзников.

Поход на "голядь" был не случаен еще и потому, что в 1146 г. Святослав Ольгович, спасаясь от Давыдовичей, несколько месяцев провел в "Лесной земле" вятичей. За эту услугу он, очевидно, обязался оказать военную помощь вятичам, у которых сложились далеко не дружественные отношения с "голядью" на Протве. Возможно, это было связано с попытками захвата вятичами территории балтов к северу от среднего течения Оки. Такое утверждение представляется правдоподобным, если учесть, что условия для свободного расселения вятичей в Западном Подмосковье не было.

Такой вывод подтверждается тем, что вятичи отказались выдать Давидовичам Святослава Ольговича, а затем участвовали в его походе на Протву. Так или иначе, но с этого времени "реликт" балтоязычного этноса - историческая "голядь" - исчезает со страниц летописи, а Юрий Долгорукий, как отмечал В. О. Ключевский, с этого времени "водил уже прямой дорогой из Ростова к Киеву целые полки".

Исчезновение "голяди" со страниц летописей нельзя понимать как уничтожение балтоязычного населения на западе Подмосковья. Это противоречило бы нравам и обычаям феодальной Руси. По-видимому, после разгромного похода Святослава Ольговича на Протву в верховья р. Москвы "голядь" перестала существовать как самостоятельный этнос, оказавшись в зависимом положении.

По крайней мере два обстоятельства указывают на то, что балтоязычное население не исчезло, а продолжало проживать на прежней территории и позже, в XIII-XIV вв.

Это, во-первых, события 1248 г., когда в сражении с литовцами на Протве был убит владимирский князь Михаил Хоробрит, брат Александра Невского.

Рис 3 Княжеские владения и этнос в западной части Волга-Окского междуречья к середине XII в
а - зона влияния Ростово-Суздальского княжества,
б - зона влияния Смоленского княжества,
в - зона влияния Черниговскою княжества,
г - зона влияния Рязанского княжества,
д - "реликт" балтоязычного этноса - летописная "голядь",
е - поход Святослава Ольговича,
ж - приблизительная граница княжеств,
з - граница балтоязычного ареала

Не был ли организован литовцами поход на Протву за 700 км от Прибалтики, где проживала родственная им "голядь", в целях привлечения местного населения для набегов на южные земли Владимирского княжества?

Такое предположение вполне правомерно, и угроза княжеству, видимо, существовала, поскольку поход против литовцев возглавил сам владимирский князь в условиях, когда Северо-Восточная Русь еще не оправилась от Батыева нашествия.

Во-вторых, обширный балтоязычный топонимический субстрат, содержащийся в духовных и договорных грамотах Ивана Калиты и его сыновей XIV в., позволяет утверждать, что балты не исчезли и во время монголо-татарского ига.

Во всяком случае после событий 1147 г. вятичи "Лесной земли", не встречая больше сопротивления балтоязычной "голяди", стали постепенно продвигаться к северу в Подмосковье, заселяя берега Нары, Пахры и ее притоков, верхнего и среднего течения р. Москвы, где встретились с кривичами в окрестностях Москвы.

Для рязанских вятичей также создались благоприятные условия для расселения на север. Они могли оказаться на территории Москвы несколько раньше верхнеокских вятичей, поскольку путь их был короче и проходил по нижнему течению р. Москвы.

Археологические находки на территории Москвы показывают, что рязанские вятичи также участвовали в ее заселении.

Столь позднее расселение вятичей на север от Средней Оки позволяет утверждать, что последние не могли участвовать в образовании гидронимов западной части Подмосковья до второй половины XII в , в том числе и гидронима Москва.

Таким образом, этническая история западной части Волго-Окского междуречья показывает, что р. Москва на протяжении нескольких тысячелетий являлась связующим звеном в цепи этнических расселений древних культур с востока на запад, ядром формирования культуры фннно-угров в раннем железном веке, заселения и освоения leppiuopan ocuidvm н славянами в I тыс. н. э.

Подмосковье хранит большое количество языковых памятников - названий рек. Гидронимы относятся к трем этническим пластам: финно-угров, балтов и славян.

Финно-угорские гидронимы встречаются главным образом на востоке Подмосковья, в то время как балтоязычные, будучи вторыми по времени, составляют значительный пласт географических названий на всей территории западной части междуречья Оки и Волги.

Характерной особенностью названий рек Подмосковья является закрепление балтоязычных гидронимов как за крупными, так и сравнительно небольшими (средними) реками, тогда как славянские названия относятся только к самым малым - ручьям и речкам.

При этом славяне одну часть гидронимов балтоязычного происхождения усвоили и сохранили в неизменном виде, другую переосмыслили в соответствии с особенностями своего языка или дали им новые названия.

Подмосковный ареал балтоязычной гидронимии включает около 300 балтоязычных названий поселений и рек, из них более 60 названий притоков р. Москвы.

В границах ныне существующей территории Москвы сохранилось более 10 таких гидронимов: Алчанка, Бубна, Голяденка, Ичка, Рачка, Сетунь, Филька, Химка, Чечера, Яуза и др.

Балтоязычная гидронимия представляет определенную сложность для установления семантики.

Попытки лингвистов использовать для выявления семантических мотивировок названий рек главным образом физико-географические характеристики, как это имеет место для славянских (русских) названий рек, не дали положительных результатов. Более успешным оказался подход к выявлению мотивов номинации гидронимов, исходя из анализа этнических процессов, протекавших в западной части Волго-Окского междуречья в раннем железном веке (I тыс. н. э).

К настоящему времени этимологизировано около 100 балтизмов, в том числе выявлена семантика более 20 названий поселений. Результаты анализа 45 семантического поля балтоязычной гидронимии позволяют говорить о существовании трех тематических групп (рядов) семантических мотивировок названий рек.

Первую тематическую группу образуют семантемы, служившие географическими ориентирами в период расселения племен в западной части Подмосковья. Вторая связана с семантемами, отражающими промыслово- хозяйственную деятельность населения и фауну. В основе третьей группы лежат физико-географические характеристики и гидрология рек. К первой группе относятся главным образом названия больших рек и их крупных притоков, ко второй - средних и, наконец, к третьей - речек и ручьев.

Выборочный этимологический анализ балтоязычной гидронимии верховьев Днепра на тер- ритории Смоленщины показывает, что и там наблюдаются семантические параллели гидронимам западного Подмосковья второй и третьей тематических групп.

Русскоязычная номенклатура гидронимов сформировалась на основе двух лексических пластов балтоязычной номинации водных объектов, главным образом рек.

Почти все гидронимы являются композитами (сложными словами), состоящими из семантической основы (слова) и форманта, образованного от балтоязычного аппелятива 'вода' или 'река'. Первый (древнейший) пласт гидронимов связан с формантом -ва ('вода'), который восходит к индоевропейской языковой общности (др.-инд. udakam, прус, wanda, лит. vanduo, лтш. unda).

На раннем становлении балтийского языка аппелятив являлся не только понятием воды как физического предмета, но и водных объектов вообще. Затем много позже, видимо, в раннем железном веке, понятие трансформировалось и стало применяться к наиболее крупным водным объектам, в том числе многоводным и протяженным рекам.

На западе междуречья Оки и Волги с формантом -ва отмечено всего четыре названия: Москва, Протва, Болва, Смедва.

Пояс волго-окских гидронимов на -ва, расширяясь, уходит на запад, в верховья Днепра (Водва, Дедва, Дрезва, Нидва, Титва и др.), и далее в Прибалтику, на территорию Литвы и Латвии, где гидронимы представлены формантами -(u)va, -(а)иаз.

Представляет определенную сложность установить хронологические рамки начала процесса славяноязычной трансформации (лексико-синтаксического словообразования) балтийской лексики гидронимов и образование гидронимов на -(u)va, -(a)va в Прибалтике.

Но бесспорно, что процесс начался с первого знакомства славян с балтоязычной лексикой при их расселении в бассейны Днепра и Верхней Волги.

Представляется, что балто-славянские языковые контакты в Древней Руси оказывали заметное влияние на лексику балтоязычного населения. В результате этих контактов в IX-X вв. или раньше могли появиться у балтоязычного населения лексические формы гидронимов с фор- мантом -ва, в том числе на территории расселения балтоязычных племен - в Пруссии, Литве и Латвии.

По крайней мере гидронимы с формантами -(и)иа, - (a)va письменными источниками Древней Руси на территории Прибалтики не зафиксированы. Не могли быть они зафиксированы, например, в литовском языке, поскольку письменность в Литве возникла лишь в XVI в., а в XIII - XIV вв. вся переписка литовских князей велась на древнерусском, а затем и польском языках.

Второй пласт гидронимов, составляющий основную массу балтизмов, связан с формантом -а(-я), который образован от балтоязычного аппелятива 'река' (прус, аре, лит. upė, лтш. upe).

Формирование балтоязычных гидронимов с аппелятивом 'река' следует отнести к этапу массового расселения и освоения западного Подмосковья, когда балтоязычному населению потребовалась номинация многочисленных рек и речек.

Из множества балтизмов западной части Волго-Окского междуречья к первой семантической группе отнесено более 20 гидронимов."

...................................

"Словосочетание Москва река (совр. Москва-река) установилось лишь во второй половине XVI в.

Существует распространенное мнение, что название реки механически перенесено на город, т. е. без учета балтоязычной семантики гидронима Москва. Для убедительности приводится аргумент, из которого следует, что князь, княжеское окружение ("администрация") и русскоязычное население не владели балтоязычной лексикой и ее не понимали.

Аргумент, на наш взгляд, несостоятельный и противоречит этноисторическим процессам, протекавшим в Древней Руси X-XIV вв., и Северо-Восточной Руси в частности.

По крайней мере в процессе феодализации иноязычного населения Северо-Восточной Руси, "обращения" его в христианство княжеская "администрация" и духовенство не могли обойтись без специальной категории переводчиков-толмачей.

Косвенные сведения летописей дают основание утверждать, что "администрация" Ростово-Суздальского княжества владела финно-угорской лексикой - летописных мери и муромы, древних булгар.

"Администрация" Новгорода владела лексикой северных финно-угорских племен, а Московского княжества XIV в.- балтоязычной лексикой.

Этот вывод проиллюстрируем примерами из топонимического субстрата духовных грамот Ивана Калиты и топонимии Москвы.

Как отмечено исследователями, принцип номинации поселений по местной гидронимии главным образом неславянского происхождения был широко распространен в Северо-Восточной Руси как в период колонизации и формирования Московского княжества, так и в последующих столетиях при образовании станов.

Это явление в топонимии будет вполне понятным, если учесть, что для славянского населения в период колонизации и позже реки были практически единственными географическими ориентирами в бескрайнем "море" лесов, а их названия уже существовали в обиходе местного населения.

Древняя гидронимия славянами усваивалась, переосмысливалась и переносилась на названия поселений, образовав со временем топонимический субстрат. Так, например, от балтоязычных гидронимов образованы названия волостей: Городенка, Гжеля, Мезыня, Середокоротна, Руза, Устьмерьска (Устьнерьска); Тростна и село Нарьское."

....................

"....по наличию ряда топонимов прослеживается проживание балтоязычного населения вблизи Выхино - в районе Косинскнх озер.

Случаев калькирования балтизмов сравнительно немного, но они позволяют говорить о существовании балго-славянских языковых связей и сделать предположение, что лица княжеской "канцелярии" владели балтоязычной лексикой.

Такой вывод вполне обоснован, поскольку в процессе феодализации Северо- Восточной Руси, особенно в княжение Владимира Мономаха, как князьям, так и их окружению постоянно приходилось действовать в среде балтоязычного населения.

Еще одно дополнение. Этимологический анализ названий волостей и сел духовных грамот Ивана Калиты, многочисленность и устойчивая сохранность балтизмов в Подмосковье, широкое их использование для номинации волостных образований допускает мысль, что главным "хранителем", по крайней мере до начала XIV в., топонимического субстрата было не славянское население, а балтоязычный этнос.

Коренное население Подмосковья во время монголо-татарского нашествия, по-видимому, не исчезло, а продолжало проживать на освоенных территориях. Эту мысль подтверждает то, что русскоязычное население как до, так и после нашествия не успело образовать заметного славянского фона в гидронимий Западного Подмосковья.

Несмотря на то, что Подмосковье и его центральная часть - территория будущего города - имели свой доисторический период, глубоко уходящий корнями в самое отдаленное прошлое, название Москва сравнительно поздно появляется на страницах письменных источников, только под 1147 г. Это явление не случайно и имеет свои причины, которые тесно связаны с развитием и укреплением феодальных отношений в Древнерусском государстве и на его северо-восточной территории - Ростово-Суздальской земле.

До феодального дробления Киевской Руси, которое лавинообразно стало развиваться после смерти Владимира Мономаха, Подмосковье, являясь сравнительно бедной податной волостью на юго-западной окраине Ростово- Суздальской земли, оказалось лежащим вне основных путей сообщения и на стыке податных земель Новгорода, Смоленска и Чернигова.

Со смертью в 1125 г. Владимира Мономаха прекратилась зависимость Ростово-Суздальской земли от Южной Руси. Ранее, когда верховная власть принадлежала киевскому князю, установление твердых границ между податными центрами Киевской Руси net имело смысла, поскольку Владимир Мономах держал Новгород, Смоленск, Чернигов и Ростов своими сыновьями.

Развившийся после смерти Владимира Мономаха процесс междукняжеских столкновений привел к пересмотру, фиксации и укреплению границ феодальных княжеств.

Нет письменных сведений о дате образования податного центра Ростово- Суздальского княжества на Московской земле. По-видимому, это могло произойти на рубеже XI-XII вв. или в начале XII в., в период правления Владимира Мономаха, одновременно или несколько позже появления податных центров Смоленского княжества на Протве, Пахре и в верховьях р. Москвы, на притоке Искона.

Принадлежность и географическое положение указанных податных центров в Подмосковье, очевидно, определяли условную границу владений Смоленского и Ростово-Суздальского княжеств в середине XII в., которая проходила по среднему течению р. Москвы на запад, до устья Рузы, и на юг - до Коломны.

Граница эта выводится из одностороннего акта - Устава Смоленского князя Ростислава Мстиславовича, внука Владимира Мономаха, составленного в 1136 г. Юрий Долгорукий, став первым суверенным князем Ростово-Суздальской земли, длительное время, пока в Киеве княжили его старшие братья Мстислав (Н25-1132) и Ярополк (1132-1139), не проявлял особой активности в делах Южной Руси. Однако в его деятельности наступает резкий перелом в начале Ю- х гг., когда киевский стол захватил Всеволод Ольгович, внук сына Ярослава Мудрого - Святослава. Опасаясь потери своего княжества и стремясь возвратить утраченный потомками Мономаха Киев, Юрий Долгорукий начинает укреплять границу с Новгородом и ставить юго-западный рубеж своего княжества в Подмосковье. По крайней мере, военные действия с Новгородом в 1134-1135 гг. показали незащищенность владений Юрия Долгорукого на западе.

В событиях 1146-1147 гг. летопись упоминает уже семь укрепленных пунктов на западной границе Ростово-Суздальского княжества, в том числе Кснятин, Москву, в устьях рек Мологи, Шоши, Дубны, Тверцы и на Углече поле.

Очевидно, после событий 1134-1135 гг. Юрий Долгорукий, укрепляя границу княжества на Волге, ставит в 1135 г. город Кснятин, а затем в начале 40-х гг. шесть остальных пунктов, в том числе Москву.

В строительной деятельности Юрия Долгорукого была одна характерная особенность - он давал новым городам названия в продолжение традиции, зародившейся при образовании и становлении Ростово-Суздальской земли. Нельзя считать случайным в деятельности Юрия Долгорукого основание города в излучине среднего течения р. Москвы, а также неожиданным присвоение ему "непонятного" для наших современников названия.

Река Москва широким клином с юго-запада вдается в центральную часть Московской земли, в вершине которого Москва, занимающая господствующее положение, связывала кратчайшим путем Северо-Восточную Русть с Черниговым и Киевом и прикрывала ее от возможных вторжений с юга.

Неустойчивость первых словообразовательных форм названия поселения Москва и другое наименование - Кучково - свидетельствуют, что именно в 40-х гг. Москва получает свое имя и превращается из податного центра в один из важных городов Ростово-Суздальской земли Юрия Долгорукого, в нескольких десятках километров от Черниговских и Смоленских земель.

В середине 40-х гг. заканчивается первый этап укрепления княжества строительной деятельности Юрия Долгорукого. Большой поход, который организовал киевский князь Изяслав Мстиславич зимой 1149 г. против Юрия Долгорукого, показал слабую защищенность окраин Ростово-Суздальского княжества и оборонительные возможности возведенных в начале 40-х гг. укрепленных пунктов. Очевидно, эти укрепления были наскоро возведенными пограничными крепостцами, неспособными выдерживать длительную осаду. Юрий Долгорукий, несмотря на то, что дважды побывал на великом княжении в Киеве, не мог не понимать неустойчивость своего положения. Очевидно, он понимал и то, что настоящей опорой для Моно- маховичей является Ростово-Суздальская земля, так как в начале 50-х гг. начинается второй этап его строительной деятельности - возведение городов- крепостей, в число которых входит Москва, где в 1156 г. на высоком Боровицком холме ставится крепость - будущий Московский кремль.

Все приведенные обстоятельства позволяют уверенно предполагать, что Юрий Долгорукий мог дать городу название р. Москвы с сематической мотивировкой "опорный узел", "узловой (пункт) город", отвечавший его замыслам и устремлениям и понятной его ближайшему окружению.

На наш взгляд, перенос гидронима Москва на укрепленный пункт, а затем и город-крепость содержал в себе для Юрия Долгорукого не только смысловую, но и политическую цель.

Семантическая мотивировка названия Москва могла означать: применительно к территории - 'узел рубежей, границ, поселений' или 'узел (место скрещения, схождения) дорог, водных путей, маршрутов'; к укрепленному поселению - 'узловой пункт, опорный узел', 'связующий центр'; к городу - 'узловой (главный, основной) город' на юго-западной окраине Ростово-Суздальского княжества. Такое предположение не будет слишком преувеличенным, поскольку события последующих десятилетий показывают заметный рост военно- политического значения Москвы как города на юго-западных рубежах Ростово- Суздальского княжества.

В контексте политических событий второй половины XII - начала XIII в. историк С. Ф. Платонов, отмечая особое положение Москвы, писал: "Москва - пункт, в котором встречают друзей и отражают врагов, идущих с юга. Москва - пункт, на который прежде всего нападают враги суздальско-владимирских князей. Москва, наконец, исходный пункт военных операций суздальско-владимирского князя, сборное место его войск в действиях против юга" 47. В. О. Ключевский сказал об этом более кратко: "Москва - узловой пункт",- вынеся эту характеристику в заголовок раздела своего "Курса русской истории".

Таким образом, название Москва не выходит из смыслового ряда названий древних городов Ростово-Суздальской земли, подтверждая тем самым семантическую мотивировку "узловой" город. Можно ли после этого возражать ста- ринному московскому преданию "О зачале царствующего великого града Мос- квы како исперва зачатся", указывающему на Юрия Долгорукого как на основателя города Москвы. В нем говорится, что великий князь Юрий "взыде на гору и обозрев с нее очима своими семо и овамо [туда и сюда] на обе стороны Москвы реки и за Неглинною и возлюби села оные и повелевает на месте том вскоре соделати мал деревян град и прозва его званием реки тоя Москва град по имяни реки текушя под ним".

В заключение необходимо подчеркнуть, что этимология топонима Москва неотделима от этнических процессов в Волго-Окском междуречье и исторических событий на Руси периода феодальной раздробленности. Только с этих позиций необходимо рассматривать любую легенду, версию и гипотезу происхождения названия Москва.

Безусловно, отдельные положения, приведенные в обоснование этимологии топонима Москва, не бесспорны, они требуют уточнений и дополнений. Автор надеется, что этноисторическое исследование вызовет определенный интерес у специалистов, в том числе этнографов, географов и других, публикации которых позволят расширить представления и глубже понять ранний период истории города и возникновение названия Москва.

Литература

1 Снегирев И. М. Памятники московской древности. М., 1842-1845. С. 107.

2 3абелин И. Е. История города Москвы. М., 1905. С. 24-29.

3 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М., 1986. Т. 2. С. 660-661.

4 Никонов В. А. Краткий топонимический словарь. М., 1966. С. 275-276.

5 Смолицкая Г. П., Горбаневский М. В. Топонимия Москвы. М., 1982. С. 81 - 87; Векслер Е. Г. "Москва" в Москве. М., 1982. С. 11 - 16.

6 Топоров В. Н. Древняя Москва в балтийской перспективе // Балто-славянские исследования 1981 г. М., 1982. С. 28-30.

7 Смолицкая Г. П., Горбаневский М. В. Указ. соч. С. 88-89;

8 Смолицкая Г. П. История формирования топонимии Москвы//Вопросы географии. М., 1985. Вып. 126. С. 14-15; Агеева Р. А. Происхождение имен рек и озер. М., 1985. С. 93; НерознакВ. П. Названия древнерусских городов. М., 1983. С. 110-115. 8 Топоров В. Н. Указ. соч. С. 30. В русском фольклоре слово "смородина", "смородинка> всегда являлось синонимом слов "ягодка", "золотко", т. е. образа красивого, светлого, чистого.

9 Афанасьев А. П. Финно-угорская гипотеза топонима Москва / / Вопросы географии. Вып. !26. С. 95.

10 Тихомиров М. Н. Древнерусские города. М., 1956. С. 392-424; Нерознак В. П. Указ. соч. С. 150-151, 164-166.

11 Снегирев И. М. Указ. соч. С. 107.

12Раушенбах В. М. Племена льяловской культуры // Окский бассейн в эпоху камня и бронзы. М., 1970. С. 35-78; Попова Т. Б. Племена поздняковской культуры//Там же. С. 154-231; Крайнов Н. А. Фатьяновская культура в этногенезе балтов//Из древнейшей истории балтийских народов. Рига, 1980. С 37-44; его же. Эпоха бронзы лесной полосы СССР. М., 1987. С. 58-76; Кирьянова Н. А. Фатьяновский могильник у д. Ханево//Восточная Европа в эпоху камня и бронзы. М., 1976. С. 145-153.

13 Дьяковская культура. М., 1974. С. 189-197; Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. М., 1987. С. 32; Иордан. О происхождении и деянии Готов. М., 1960. С. 89.

14 Третьяков П. Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. М., 1966. С. 285- 296; С е д о в В. В. Балты -и славяне в древности // Из дневнейшей истории балтийских народов. С. 14-21.

15 Литва Краткая энциклопедия Вильнюс, 1989. С 136, ПСРЛ Т. 2. СПб. 1908. Стб. 339, Т. 25. М. , Л. , 1949. С. 39, Р ы б а к о в Б. А. Указ. соч. С. 32.

16 Шмидт Е. А. Археологические памятники Смоленской области. Смоленск, 1976. С. 53- 54, 237-243, 246-247.

17 К ра снов Ю. Н. О некоторых сторонах взаимоотношений балто финно-угорских племен западной части Волго-Окского междуречья // Краткие сообщения Института археологии. М, 1969 Вып. 119, Дьяковская культура. С. 7-17.

18 Седов В. В. Балтийская гидронимика Волго-Окского междуречья//Древнее поселение в Подмосковье М, 1971 С 99-102, 108-113, Топоров В. Н. Указ. соч. С. 17-19.

19Розенфельд Р. Л. Древнейшие города Подмосковья и процесс их возникновения // Русский город М, 1976. С. 9.

20 Его же. Разведки и раскопки дьяковских городищ в Подмосковье в 1960-1963 гг // Краткие сообщения Института археологии М, 1964 Вып 102 С 111

21 Рабинович М. Г. Об относительной хронологии дьяковских городищ//Там же М. , 1972. Вып. 133 С. 108-109, 115, Г о н я н ы и М. И. Кренке Н. А .Структура расселения дьяковцев в бассейне р. Пахры // Советская археология. 1988. № 3. С. 59-61

22 Москва. Энциклопедия. М, 1980. С. 113-117.

23 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей. XIV-XVI вв. М. , Л. , 1950 С. 7-50.

24Горюнова Е. И. Этническая история Волго-Окского междуречья М., 1961. С. 167- 182, Ар ц и хов с к и и А. В.Курганы вятичей М., 1930 С. 117-121

25 Никольская Т. Н. Земля вятичей М, 1981 С. 12-40

26 Ю ш к о А. А. Историческая география Московской земли XII -XIV вв Автореф дис. канд. истор. наук М, 1974.

27 Щапов Я. Н. Древнерусские княжеские уставы XI-XV вв М. 1974. С. 140-146, Голубовский П. В. История Смоленской земли до начала XV ст Киев, 1895 С. 67-72, Н ас о н о в А. Н. "Русская земля" и образование территории Древнерусского государства. М , 1951. С . 166-167, Ал е кс ее в Л . В. Смоленская земля в IX-XIII вв М, 1980. С .47-48, 194-203.

28 ПСРЛ Т 25 С 37-42, Зайцев А К Черниговское княжество//Древнерусские' княжества Х-XIII вв М , 1975 С 98-102

29 Ключевский В. О. Курс русской истории М, 1956 Т. 1 . С . 288.

30 ПСРЛ. Т. 1. М, 1926-1928 Стб 471, Т. 25 . С . 41

31 Кучкин В. А. Из истории средневековой топонимии Поочья//Ономастика Поволжья Саранск, 1976. С. 182.

32 Беленькая Д. Н. Археологические наблюдения в Успенском соборе в 1966 г // Мате, риалы и исследования по археологии СССР. М. , 1971. № 167. С. 161 -162.

33 Седов В. В. Указ. соч. С. 101 -108, Т о п о р о в В. Н. Указ. соч . С. 6-7.

34 Топоров В. Н, Трубачев О. Н. Лингвистический анализ гидронимов Верхне-Поднепровья М, 1962, Топоров В. Н. "Baltiсa" Подмосковья//Балто славянский сборник М, 1972 С. 225.-254.

35 Этимологизация балтизмов Западного Подмосковья и смежной Смоленщины является самостоятельной темой исследования автора.

36 Топоров В. Н, Трубачев О. Н. Указ. соч.

37 Карта 4, Ванагас А. П. Образование названий рек Литовской ССР Автореф дис канд филол наук. Вильнюс, 1966 37 Лингвистический энциклопедический словарь М. , 1990. С. 66. Литва. Краткая энциклопе- дия С. 32, Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка М, 1989. Т. 1. Ч. 2. Указатель сокращений С. 6. Грамоты Герденя (1264 г), Кейстуя (1341 г), Любарта (1283 г???)

38 Ниже в целях упрощения текста балтоязычная графика второй и третьей групп опускается Основные словари Топоров В. Н. Словарь прусского языка М, 1975. Т. 1-4, Словарь литовского языка Вильнюс 1957. Т. 1 -12, Серейский Б. Литовско русский словарь Каунас, 1933, Либерис А. Литовско русский словарь Вильнюс 1971, Русско-литовский словарь Вильнюс, 1982 Т. 1-4, Латышско-русский отоварь Рига, 1963, Русско-латышский словарь Рига, 1986, Frenkel Е Litauisches etimologisches Worterbuch Heidelberg - Gotingen 1955-1962

39 Зайцев А. К. О малоисследованных поселениях Подмосковья первой трети XIII в^// Древнейшие государства на территории СССР М. , 1987 С.68-69.

40 Юркенас Ю. К. Оптимизация аппелятивов и развитие индоевропейских антрогюни- мических систем Автореф дис докт филол наук М. , 1979. С. 32.

41 Быков В. Д. Москва-река М, 1951 С. 86-90.

42 ПСРЛ Т. 1. Стб. 282, Т. 2. Стб . 600, 602, Духовные грамоты С . 198, 342, 381, 424.

43 Кучкин В. А. Указ соч С. 180-182, Готье Ю. В. Замосковный край в XVII веке М, 1937. С. 371-407.

44 Тихомиров М. Н. Начало Москвы // Преподавание истории в школе М ., 1946. № 1. С. 24.

45 Кучкин В. А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X- XIV вв М , 1984. С 76.

46 Там же С. 87.

47 Платонов С. Ф. Статьи по русской истории СПб, 1912 С. 88.

48 Ключевский В. О. Курс русской истории Т. 2. С. 9. 54 Приложение Семантическая классификация гипотез (версий, легенд) гидронима Москва А. Физико-географическая 1. Из восточноиранской (источи. "Сарматского" яз-ка) языковой группы. Основа (корень) моек- (от слов 'искривляться', 'крутиться') и форманта -ва - 'вода', 'река', т. е. "искривленная" река. Историк В. Н. Татищев (XVIII в.). 2. На финно-угорской языковой основе. Корень моек- (от финск. musta - 'черный', 'мутный') и форманта -во (коми-зырянск. -во- 'вода', 'река', удмурт, -ву - 'река'), т. е. "черная" или "мутная" река. Лингвист Г. Бюргер (XIX в.). 3. Из русского языка. От слова мост (мостки) - "мостковая" река. Историки: 3. Доленго- Ходаковский, И. Е. Забелин (XIX в.). 4. Из финно-угорской языковой группы. Основа моек- (от эст. mask - 'мыть') и форманта -ау - 'приятный', 'приятное место', т. е. "приятная" (для мытья) река. Писатель Ф. Булгарин (XIX в.). 5. Из немецкого языка. Название образовано от слов moos, musus, mosz - 'мох', 'моховое' (болотистое) место - "моховая" река, "моховая" улица (в центре Москвы). Автор неизвестен (XIX в.). 6. Из древнерусского языка. Основа моек- (от слова москоть - 'влажный', 'мокрый'), произ- водные: москатильный (краски, клей, масло), промозглый и форманта -ва, т. е. "топкая" или "болотистая" река. Сторонники этимологии слависты: Г. В. Ильинский (авт.), И. Л. Обнорский, Г. Лер-Сплавинский, П. Я. Черных, М. Фасмер (1922 г.). 7. На ирано-скифской языковой основе. Название образовано от древнебактрийского слова ата - 'сила', 'сильный' и форманта -а(ва), т. е. "сильная" река или река-"гонщица". Филолог А. И. Соболевский (1924 г.). 8. Из древнерусского языка. Основа моек- (от слова кремень -- камень и форманта -х(ов) - 'ховать' (укрывать), т. е. "каменная крепость" (город). Краевед Ф. И. Салов (1968 г.). 9. Из балто-славянской языковой параллели. Трехступенчатая этимология, при которой бал- тоязычные лит. mazgoti и лтш. mazgat - 'мыть', 'обмывать', 'стирать' (варианты основ: mazg-, mask- , mast-, mak-) и древнерусское слово москоть - 'влажный', 'мокрый', 'промозглый' (варианты основ: моек,-, мозг-, мож-, мощ-) семантически сближаются, трансформируются в понятие нечто 'жидкое', 'мокрое', 'топкое', 'слякотное', 'вязкое','смрадное' и переносятся на название реки с семантической мотивировкой "топкая" или "болотистая" река. Сторонники этимологии филологи: В. Н. Топоров (авт.), Г. П. Смолицкая, М. В. Горбаневский, В. П. Нерознак, археолог А. Г. Векслер (1972 г.). 10. Из финского языка. Название образовано от слова щавель и форманта -во, т, е. "щаве- левая" река. Краевед М. Савицкий (1983 г.). 11. Из финно-угорской языковой группы. От семантических основ пермского языка мос(к)-, мокс-, мокш- - 'родник', 'ключ', 'источник' с формантом -so, т. е. "река с притоком", "приток реки". Географ А. П. Афанасьев (1985 г.). Б. Культовая (тотемная) 1. Из финно-угорской языковой группы. Основа моск- (из коми и удмуртских языков моск - 'корова', моска - 'телка') и форманта -во, т. е. "коровья" река или река "кормилица". Историк В. О. Ключевский (XIX в.). 2. Из фннно-угорской языковой группы. Основа моек- (от мерянского маска - 'медведь') и форманта -ва (ава - 'мать', 'жена') - "медвежья" река или река "медведица". Сторонники этимологии: географ С. К. Кузнецов (авт.), филологи: Ф. И. Буслаев, А. Г. Преображенский (1910 г.). 3. Из названия племенного образования скифов "мосхи" и форманта -ва, т. е. племенная река или река "Мосхов". Историк Н. И..Шишкин (1947 г.). В. Мифологическая 1. Яфетическая - от библейского Мосоха, шестого сына Яфета, внука Ноя - река "Мосоха" или Москва-река. Богословы. Ф. Софонович, И. Гизель, дьякон Т. Каменевич-Рвовский (XVIII в.). 2. Из русского языка Название основано на созвучии слов муж (мужик), ноской (мужской) монастырь. Историк Б. Гайер (XVIII в.). 3. Из тюркской языковой группы. От татарского слова Мосхия (мясых) - 'христос' и форманта -ва - "христианская" река. Историк Г. Вельтман (XIX в.). 4. От мифического народа "мосхи", населявшего Колхиду (Кавказ) - река "мосхов" или Москва-река. Географ Л. С. Берг (1925 г.). 5. Из русского былинного творчества. Илья Муромец, возвращаясь из Киева и будучи при смерти, у большой реки произнес: "Надо мощь ковать!", затем - "мощь кова...!" и, наконец, "Мос...кова!", т. е. Москва. Писатель Д. М. Еремин (1955 г.). 55 Дополнительная литература 1. Орлов А Происхождение названий русских и некоторых западноевропейских рек, городов, племен и местностей. Вельск, 1907. С. 42-45. 2. Кузнецов С. К. Русская историческая география. М., 1910. Т. I. С. 93. 3. С о б о л е в с к и и А. И. Русско-скифские этюды//Известия Российской АН ОЛЯ. Пг., 1924. Т. 27. С. 281. 4. Б е р г Л. С. О происхождении названия "Москва"//Географический вестник. Л., 1925. Т. 2. Вып. 3-4. С. 5-10. 5. Ильинский Г. А. Река Москва // Известия Российской АН ОЛЯ. Пг., 1922. С. 601-604. 6. Lehr Splawinbki Т. О pachodzeniu i praojczyznie slowian. Poznan, 1946. 7. Шишкин Н. И. К вопросу о происхождении названия "Москва" // Исторические записки. М??? 1947. Т. 24. С. 3-13. 8. Черных П. Я. К вопросу о происхождении имени "Москва"//Известия АН ОЛЯ. М??? 1950. Т. 9. Вып. 5. С 393-408."

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Последний раз редактировалось KestaS Сб янв 05, 2008 2:07 am, всего редактировалось 14 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Вс сен 30, 2007 7:15 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
Источник - http://www.rustrana.ru/article.php?nid=14947

/18.11.2005/
ГОЛЯДЬ

О проживании голяди в Западном Подмосковье свидетельствует Ипатьевская летопись. Под 1147 годом сообщается, что суздальский князь Юрий Долгорукий, претендовавший на киевский престол, пошел с войском на Новгород Великий, а черниговскому князю Святославу Ольговичу повелел воевать Смоленскую волость. Последний принял это предложение и захватил часть смоленских земель в бассейне р. Протвы, притоке Оки, заселенных голядью - "...и шед Святославъ и взя люди Голядь, верхъ Поротве..." -записал летописец (ПСРЛ, 1962, с. 339).

К голяди Подмосковья относится и сообщение летописей под 1058 годом о победе Изяслава Ярославича над голядью (ПСРЛ, 1962, с. 114). Нередко это трактуется как свидетельство военного похода Изяслава в Галиндию (Пашуто, 1959, с. 11). Однако Изяслав в эти годы находился на Смоленщине и в Северо-Западной Руси, был занят "установлением" этих земель и вряд ли оттуда мог организовать поход в далекую прусскую Галиндию. Более того, с той же смоленской голядью, по-видимому, связано отмеченное летописями событие 1248 г.: "И Михаиле Ярославичъ московский убьенъ бысть от Литвы на Поротве" (ПСРЛ, 1925, с. 38). Московский князь Михаил Хоробрит вынужден был снова отправиться на Протву, где и погибает в сражении с Литвой. Литва на р. Протве в середине XIII в. это - безусловно потомки голяди. Таким образом, надежно определяется, что в ХI-ХIII вв. в Западном Подмосковье в бассейне р. Протвы проживала голядь.

Очевидно, племя голядь под именем Сoldas названо в сочинении историка VI в. Иордана 'Тетика" (Иордан, 1960, с. 89), на что впервые обратил внимание А.Л.Погодин (1940, с. 24). Этот этноним упомянут Иорданом среди названий ряда других восточноевропейских племен без указания их географического размещения в связи с характеристикой готского короля Германариха, будто бы покорившего эти северные племена. Среди последних отчетливо читаются меря, мордва, весь, чудь. Произведение Иордана было окончено в 551 г., но автор широко использовал и не дошедшие до нас сочинения Аблабия (середина V в.) и Кассиодора (конец V - начало VI в.). Сведения о голяди здесь относятся к IV в.

Память о голяди в отдельных местностях её прежнего проживания сохранялась ещё в XIX в. Так, калужский краевед В.М.Кашкаров сообщает, что в Мещовском уезде Калужской губ. недалеко от дер. Чертовой имеется гора, на которой "по преданиям, в очень стародавние времена жил разбойник Голяга, по другим - Голяда. Обладал он силой непомерною, на 30 верст бросал свой топор". В том же уезде близ деревень Свинухово и Сабельникова местные житетели указывали две горы, на которых жили два брата-разбойника Голяги, перебрасывавшиеся друг с другом топором (Кашкаров, 1901, с. 12-13).

На основе топо - гидронимов, производных от этнонима голядь, исследователи очерчивают довольно широкий регион расселения этого племени - от верховьев Клязьмы на севере до верховьев Жиздры на юге и от водораздела Днепра и Волги на западе до окрестностей Москвы на востоке.

Еще В.Н.Татищев сопоставил летописную голядь с античными галиндами и Галиндией -одной из земель Пруссии. С этим вполне правомерно согласились многие исследователи и полагая, что окская голядь была балтским (литовским, по терминологии XIX в.) племенем и каким-то образом оказалась в XII в. на реке Протве в окружении вятичей и кривичей. О происхождении голяди высказано несколько догадок. Согласно одной из них, голядь переселилась из Галиндии на Протву вместе с вятичами и радимичами, о ляшском происхождении которых говорит "Повесть временных лет" (С.М.Соловьев, Н.П. Барсов, А.А.Шахматов). Другая группа ученых видела в голяди на Протве поселения пленников, переселенных древнерусскими князьями из Галиндии (Н.М.Карамзин, П.И.Шафарик, П.И.Якобий, В.Т.Пашуто). Сторонники третьей точки зрения утверждали, что летописная голядь была реликтом древнего населения Восточноевропейской равнины, которое занимало её обширные пространства с глубокой древности ( П.И.Кеппен, Н.И.Костомаров, П.В.Голубовский, М.К.Любавский, А.И.Соболевский, Ю.В.Готье, М.Фасмер).

Новейшие топонимические изыскания достоверно свидетельствуют, что области верхнеокского бассейна, где локализуется голядь, составляют неразрывную часть древнего балтского ареала. Причем, водных названий балтского происхождения здесь не меньше, чем в других регионах древнего расселения этого этноса. В этой связи, можно со всей определенностью утверждать, что балтские племена начиная с отдаленной древности вплоть до славянских миграций заселяли земли бассейна верхней Оки (Седов, 1971, с. 99-113; Топоров, 1972а, с. 217-280; 19726, с. 185-224; 1982, с. 3-61; 1988, с. 154-176).

Славяне, как показывают материалы археологии, начали осваивать земли бассейна верхней Оки около VIII в. н.э. В более раннее время здесь проживали племена балтского этноязыкового массива. В раннем железном веке это были племена верхнеокской культуры, родственной днепро-двинской культуре Смоленского Понепровья и Белорусского Подвинья и юхновской в Подесенье, принадлежность носителей которых к балтам не вызывает сомнений. Носители этих трех культур составляли крупное диалектно-племенное образование днепровских балтов (Седов В.В, 1985, с. 20-29).

Во II-III вв. н.э. в Верхнеокском регионе наблюдается инфильтрация новых групп населения, шедшая из Подесенья. Она проявляется в появлении на территории верхнеокской культуры древностей почепской культуры. Последняя получила распространение в бассейне Десны в I-III вв. н.э. и сложилась в условиях взаимодействия местных племен юхновской культуры с расселившимися на той же территории носителями зарубинецких древностей.

В бассейне верхней Оки переселенцы из Подесенья - носители почепских древностей селились или на поселениях верхнеокской культуры или основывали новые селища. В результате взаимодействия аборигенного населения с пришлым в Верхнеокском регионе на рубеже III и IV столетий складывается новая культура (рис. 1) - мощинская (Седов, 1982, с. 41-45). Основы домостроительства и характер керамического материала (сравнительно толстостенные горшки с выпуклыми плечиками и суженным низом с шероховатой или бугристой поверхностью из-за значительной примеси дресвы и крупного песка) были несомненным наследием местной верхнеокской культуры раннего железного века. Вместе с тем в мощинской культуре присутствуют элементы (наземные дома столбовой конструкции с внутренными прямоугольными котлованами, глиняные сосуды, в том числе не известные ранее здесь довольно многочисленные миски, с черной или коричневой лощеной поверхностью, характеризующиеся тщательностью изготовления и плотным тестом с примесью мелкого песка), генетически не связанные с местными древностями. Достаточно очевидно, что они были привнесены в Верхнеокский регион переселенцами из Подесенья.

Вопрос об этнической принадлежности носителей мощинской культуры решается так. Основой этой культуры несомненно были верхнеокские древности, носителями которых были местные балты. Домостроительство, обрядность, керамический материал и украшения, в частности вещи, инкрустированные цветными эмалями, дают основания для отнесения носителей мощинской культуры к балтоязычному населению. Инфильтрация в верхнеокские земли потомков зарубинецких племен не изменила коренным образом этнос их обитателей (Никольская, 1966, с. 15-16; Третьяков, 1970, 60; Седов, 1970, с. 42-44).

В Верхнеокском регионе, как и в левобережной части Верхнеднепровского бассейна, вместе с водными названиями балтского происхождения, имеющими многочисленные соответствия в Подвинье и современных литовско-латышских земелях, имеются гидронимы западнобалтского (прусско-ятвяжско-галиндского) облика. Общая характеристика последних была сделана мною в связи с решением вопроса об этнической принадлежности племен зарубинецкой культурой (Седов, 1970, 44-47). Отнесение некоторых из таких гидронимов к западно-балтской группе дискуссионно, но среди них есть и достаточно надежные (например, с прусским корневым элементом "аре" или с меной -ж- на -з-). В этой связи В.Н.Топоров в своих гидронимических штудиях, специально посвященных Подмосковью, подчеркивает, что "мощный западнобалтийский компонент" в Днепровском левобережье и Верхнем Поочье несомненен (Топоров, 1982, с. 15). Показательными в этом отношении являются также выявляемые этим исследователем "соответствия между галиндо-прусской и верхнеднепровско-окской ("голядской") гидронимией" (Топоров, 1981, с. 114; 1980, с. 135).


Исходный файл - http://www.rustrana.ru/articles/14947/glnd1.gif

Изображение

Рис.1. Регион верхней Оки и смежных земель в третьей четверти I тыс.н.э. а - памятники мощинской культуры; б - ареал колочинской культуры; в - тущемлинской культуры; г - культуры псковских длинных курганов; д - москворецких и верхневолжских городищ; е - культуры мери; ж - рязанско-окских могильников.


Появление на восточной окраине древнего балтского ареала водных названий прусско-ятвяжско-галиндских типов как и этнонима голядь являются прямым свидетельством перемещения каких-то групп населения из западнобалтских земель. Этот момент, естественно, нуждается в объяснении.

В настоящее время распространение в верхнеокском и левобережноднепровском регионах вкраплений гидронимики западно-балтского облика может быть обусловлено только миграциями потомков племен зарубинецкой культуры. Как известно, в сложении классических зарубинецких древностей Припятского Полесья и Среднего Поднепровья ведущая роль принадлежала поморской культуре, которая определяется как периферийнобалтская, может быть, её носители занимали какое-то промежуточное положение между западными балтами и славянами. На всем пространстве расселения зарубинецких племен исследователями фиксируются географические названия западнобалтских типов. Они есть в Припятском Полесье (Непокупный, 1976, с. 103, 145, 169).

В второй половине I в. н.э. значительные группы зарубинецкого населения из Припятского Полесья и Среднего Поднепровья продвигаются в бассейн Десны, где, как уже говорилось, складывается почепская культура. Носители же последней в следующих столетиях проникают на верхнюю Оку, где и формируется мощинская культура. Нужно полагать, что миграция зарубинецкого населения и потомков его не внесли существенных перемен в этноязыковые ситуации Подесенья и Верхнего Поочья. Аборигены этих земель - днепровские балты приняли в свою среду родственное население. Вместе с тем, переселенцами были привнесены в эти земли западно-балтские языковые особенности, выявляемые прежде всего в гидронимике (Седов, 1970, с. 42-48; 1994, с. 201-219). Других объяснений появления западнобалтских лингвистических элементов на востоке древнего балтского ареала пока нет.

Мощинская культура оставлена определенно дославянским населением. В VIII в., когда верхнеокский бассейн заселяется славянами (рис. 2), она прекращает свое развитие. Славянами в эти края были принесены культурные элементы, проявляемые в домостроительстве и керамическом материале, сопоставимые с материалами роменской и боршевской культур. Вместе с тем, очевидно, что местное балтское население в основной массе в процессе славянского расселения не покинуло мест своего обитания. Ярким примером взаимодествия мощинских племен со славянами является появление у последних обычая хоронить умерших в курганах.

Погребальными памятниками мощинской культуры являются курганы полусферической или усеченноконической формы высотой 2-4 м при диаметрах оснований 10-15 м. В отличие от восточнославянских мощинские курганы не образовывали больших могильников, а располагались по одному, по два или по три. Их характерной особенностью является кольцевая ограда, устраиваемая, по всей вероятности, в ритуальных целях в момент захоронения. Эти ограды напоминают кольцевое сооружение языческого святилища, открытого в Тушемле на Смоленщине. Судя по материалам раскопок курганов Шаньково и Почепок, слои обоженной земли с углями и остатками трупосожжений находились в центре насыпей. Несколько в стороне от погребальных остатков ставились глиняные сосуды, иногда дном кверху. Захоронения во всех случаях были безурновыми, сосуды помещались в курганы с ритуальными целями.

Славяне, поселившиеся в ареале мощинской культуры, первоначально не знали курганной обрядности и переняли её от аборигенов. Воспринят был и обычай сооружения кольцевых оград. Правда, они встречаются только у части курганов VIII-Х вв.

На верхней Оке (до устья Угры) процесс славянизации аборигенного населения протекал, по-видимому, довольно активно и к ХI-ХII вв. завершился. Курганы XI-XII вв. этого региона имеют уже характерный вятичский облик. Лишь по его окраинам, там, где вятичская колонизация встретилась с кривичской, выявляются отдельные погребения голяди. Таков курган 1 могильника Трашковичи, в котором на материке открыто захоронение коня и несколько южнее мужское погребение, ориентированное головой к востоку. При нем найдены железные топор и наконечник копья, а также глиняный горшок (Булычoв, 18996, с. 57-61). Восточная ориентировка погребенных в древнерусских курганах лесной зоны Восточноевропейской равнины, как установлено ныне, является наследием балтской погребальной обрядности (Седов, 1970, с. 162-171). Наличие при погребенном топора и копья не свойственно восточнославянскому ритуалу и находит многочисленные аналогии также в средневековом балтском мире, например, в памятниках латгалов.

Восточная ориентировка погребенных зафиксирована еще в двух курганах Трашковичского могильника. В кургане 12 при захоронении найдены топор и нож, в кургане 16 - нож и пряжка. Остальные раскопанные курганы этого некрополя содержали трупоположения с западной ориентацией и вещевыми находками, характерными для смоленских кривичей.

Исходный файл - http://www.rustrana.ru/articles/14947/glnd2.gif

Изображение

Рис.2. Расселение славян в ареале мощинской культуры в VIII-X вв. а - ареал мощинской культуры; б - памятники роменской, боршевской и родственной им культуры верхней Оки; в - синхронные памятники кривичей.


Останки конских захоронений открыты еще в двух курганах между Васильевское и Паршино. Трупоположение в одном из этих курганов было обращено головой к северо-востоку. Еще одно конское захоронение обнаружено в кургане с остатками кремации человека в Выгоре (Булычев, 1899а, с. 63; 18996, с. 36-38).

В лесной зоне Восточно-европейской равнины конские захоронения в древнерусских курганах являются несомненным наследием балтского похоронного ритуала (Седов, 1970, с. 169).

Захоронения с восточной ориентировкой кроме упомянутых встречены еще в ряде курганных групп, раскопанных Н.И.Булычевым на окраинах бывшего мощинского ареала. Это -могильники Синьгово, Суборовка, Войлово, Шуи, Колчино, Курганье, Леоново, Погост (Булычoв, 1899а; 18996; 1903). Большинство таких погребений безынвентарны или сопровождались единичными находками (ножи, поясные кольца и др.). Довольно большое число украшений встречено в кургане 41 могильника Колчино. Это -три перстнеобразных колечка с завитком на конце, три привески (плоская уточка, миниатюрные ложка и топорик), бубенчики, перстень и 18 стеклянных позолоченных бус. Только в одном случае (курган 9 могильника Погост) при погребенной головой к востоку обнаружены браслетообразные височные кольца.

Нужно полагать, что балтское население, хоронившее умерших головой в восточном направлении, находилось в стадии ассимиляции. Оно пользовалось уже едиными со славянами могильниками и проживало в общих селениях, но еще, по-видимому, не носило типично вятичских и кривичских височных колец. Интересен курганный могильник Леоново на речке Пополте (Булычoв, 18996, с. 1-3), скорее всего, являющейся целиком некрополем славянизирующейся голяди. Здесь открыты погребения и с восточной, и с западной ориентацией. В кургане 8 при погребенной головой к западу обнаружено шейное украшение, состоящее из большого ромбощит-кового височного кольца, к которому были подвешены семилопастные кольца. Кроме того, два семилопастных кольца находились на черепе. Очевидно, в данном случае, височные кольца нельзя рассматривать как этноопределяющие.

Курганные трупоположения с северной ориентировкой в рассматриваемом регионе также следует относить к голядскому наследию. Если восточная ориентировка погребенных в древнерусских курганах является отражением ассимиляции славянами местного восточнобалтского (днепровскобалтского) населения, то северная ориентация умерших на голядской территории, по-видимому, восходит не к финно-угорскому (этот регион расположен изолированно от древнего финно-угорского ареала), а к западнобалтскому ритуалу. Погребения, положенные головой на север, открыты в курганах могильников Коханы, Дубровка, Доброселье, Синьгово, Колчино, Богоявленье, Марфинка (Седов, 1982, с. 172-173).

В каменных курганах III-IV вв. земли ятвягов (позднее здесь господствовал обряд кремации умерших) все трупоположения имели северную направленность.

В могильниках с каменными венцами II-VI вв. и сменивших их грунтовых некрополях без венцов VI-VII вв. области расселения куршей господствовала такая же ориентация умерших. Головой к северу погребались умершие и в могильниках V-XIII вв. Скальвии. Пруссы долгое время сжигали своих покойников. Только в начале XII в. получает распространение обряд ингумации и все умершие стали помещаться в могилы головой на север (Седов, 1987, с. 401, 405, 406, 410, 415). Очевидно, такое положение умерших было обусловлено какими-то языческими представлениями западных балтов. И это позволяет говорить о возможности привнесения подобной обрядности в голядский регион.

Начиная с IX-Х вв. славяне-вятичи с верхней Оки постепенно продвигались в северо-восточном направлении. При этом, расселение шло по поречью Оки и далее вдоль реки Москвы. Регион Протвы и Нары оставался не затронутым славянской колонизацией. Складывается впечатление, что голядь, заселявшая его, не допускала сюда славянских переселенцев.

Первые славянские поселения и курганы появляются в правобережной части бассейна реки Москвы в IX-Х вв. и очень скоро округа будущего города Москвы оказывается наиболее плотно заселенным вятическим регионом (рис. 3). В том регионе, где летопись локализует голядь (кроме истоков Протвы, смежных с Можайским течением реки Москвы), курганов с типично вяти-чскими семилопастными височными кольцами не известно вовсе (кроме истоков Протвы, примыкающих к можайскому поречью Москвы). Более того, здесь нет и типично древнерусских курганных могильников, состоящих из десятков кучно расположенных насыпей.

В летописном голядском регионе известны лишь немногочисленные могильники, состоящие из одной, двух, трех насыпей. Так, на р. Протве в округе д.Кривское зафиксировано четыре могильника по одному кургану, один состоял из двух насыпей, один - из трех, и еще одна группа насчитывала пять курганов. Из одного кургана состояли могильники бассейна Протвы у деревень Уваровское, Величково, Касины, Алтухово, Кутепово, Городня, Спас Загорья, Любицы, Кузьминки, Оболенское. Могильники из двух курганов известны у деревень Ермолино и Алтухово, из трех курганов около Беницы и Ермолино. Более крупных курганных некрополей, кроме названного выше одного из Кривских, здесь нет (Археологическая карта, 1999).

Исходный файл - http://www.rustrana.ru/articles/14947/glnd3.gif

Изображение

Рис.3. Этнокультурная ситуация на Оке в XI-XII вв. а - памятники с находками семилопастных височных колец (вятичи); б - с находками браслетообразных завязанных височных колец (кривичи смоленско-полоцкие); в - с находками браслетообразных сомкнутых височных колец ("меря"); г - с находками семилучевых височных колец (радимичи); д - с находками спиральных височных колец (северяне).


В одном из разрушенных курганов в Еромолино на Протве выявлены отстатки кремации и глиняный сосуд мощинского облика. Раскопками 20-х годов двух Кривских курганов открыты трупоположения, при одном из них найден лишь бубенчик (Археологическая карта, 1999, с. 39-40).

В составе вятичского населения Москворечья выявляются курганные захоронения славянизированной голяди. Очевидно, более или менее крупные группы этого племени оказались увлеченными в славянский миграционный процесс. Какая-то часть таких курганов возможно отражает местные контакты подмосковных вятичей с голядью летописного региона.

Голядским, по всей вероятности, является обычай носить на руках большое количество перстней. В восточнославянских курганных при погребенных обычно встречается по одному-два, реже три перстня. Так, в курганах Костромского Поволжья на 214 погребений приходится 262 перстня и все они находились на пальцах рук (Рябинин, 1986, 66-67). В вятичских и кривичских курганных могильниках, расположенных на территориях по соседству с летописным голядским регионом, обнаружено по шесть-десять и более перстней. По 9-10 таких находок было в курганных погребениях могильника Орешково в Царицино (Москва), в некрополях Ликово и Судаково в Подольском районе, Салтыковки близ Москвы, Волынщины в верховьях бассейна р. Москвы. По семь-восемь перстней обнаружено при погребенных в курганах Вишенки в Можайском районе, Анискино северо-восточнее Москвы, Еганово в нижнем течении р. Москвы и Бочаровo под Юхновым. По шесть перстней встречено при погребенных в курганных могильниках Мякинино, Кожухово, Звездочка, Троицкое, Пушкино, Одинцово и Домодедово в окрестностях Москвы, Битягово близ Подольска, Богдановка, Колчино и Бочаровo в бассейне Угры и в названном выше некрополе Волынщина. Интересно, что в курганах Рязанского Поочья, в заселении которого участвовали вятичи, встречены погребения с одним-двумя перстнями (только однажды открыто захоронение с тремя перстнями). Ношение на руках большого числа перстней фиксируется по материалам латгальских могильников (Нукшинский могильник, 1957, с. 36, 39).

Шейные гривны не принадлежат к числу распространенных украшений в восточнославянском мире Х-ХII вв. Только у двух племен - радимичей и вятичей - они получили относительно широкое бытование. Анализ радимичских шейных гривен показывает, что прототипы многих из них находятся в балтских древностях, а обычай широкого употребления их обусловлен включением в этногенез этого племени балтских аборигенов (Седов, 1970, с. 138, 140).

Очевидно, распространение шейных гривен в ареале вятичей также отражает взаимодейсвие славян с балтами-голядью. Среди вятичских украшений есть шейные гривны, не известные в других древнерусских землях, но имеющие полные аналогии в летто-литовских материалах. Таковы, двускатопластинчатые гривны, заходящие концы которых придерживаются двумя тонкими пластинами. Они найдены в тех же могильниках (Покров, Волковo, Одинцово, Саввина Слобода, Троицкое, Тушино и др.), во многих из которых фиксируются и иные балтские элементы. В вятичских курганах (Березкино, Битягово, Звездочка, Клопово) как и в ареале радимичей, встречены звездообразные пряжки, имеющие аналогии только в Латвии (Седов, 1970, с. 140). Очевидно, в Подмосковье в XI в. имелась среда, родственная летто-литовскому населению. Голядским наследием, вероятно, являются и погребения с северной ориентировкой, открытые в подмосковных курганах в Крымском и Стрелково.

Летописный регион голяди оставался не доступным для славянской колонизации до XV в., когда московские князья стали основывать города, что и привело к окончательной славянизации остатков балтского племени.

ЛИТЕРАТУРА

Археологическая карта - Археологическая карта России. Калужская область. М., 1999.
Булычoв Н.И., 1899а - Журнал раскопок 1898 г. по берегам Оки. М., 1899а
Булычoв Н.И., 18996 - Журнал раскопок по части водораздела верхних притоков Волги и Днепра. М., 18996.
Булычoв Н.И., 1903 - Раскопки по части водораздела верхних притоков Днепра и Волги 1903 года. М., 1903.
Иордан, 1960 - О происхождении и деяниях гетов. "Gеtiса". М., 1960.
Кашкаров В.М., 1901 - К вопросу о древнейшем
населении Калужской губернии // Калужская старина. 1901. Т. I, кн. 2, с. 1-13.
Непокупный А.П., 1976 - Балто-северославянские языковые связи. Киев, 1976.
Никольская Т.Н., 1966 - К этнической истории бассейна верхней Оки // КСИА,1966, Вып. 107, с. 9-16.
Нукшинский могильник, 1957 - Нукшинский могильник. Материалы и исследования по археологии Латвийской ССР, I, Рига, 1957.
Пашуто В.Т., 1959 - Образование литовского государства. М., 1959.
Погодин А.Л., 1940 - Славяно-финские древности. III. Народы Германариха // Сборник Русского археологического общества в Югославии. Белград, 1940, Т. III, с.5-30.
ПСРЛ, 1962 - Полное собрание русских летописей. М., 1962, Т. II.
ПСРЛ, 1925 - Полное собрание русских летописей. Новгородская четвертая летопись. Пг., 1925.
Рябинин Е.А., 1986 - Костромское Поволжье в эпоху средневековья. Л., 1986.
Седов В.В., 1970 - Славяне Верхнего Поднепровья и Подвинья. М., 1970.
Седов В.В., 1971 - Балтская гидронимика Волго-Окского междуречья // Древнее поселение в Подмосковье. М., 1971, с. 99-113.
Седов В.В., 1982 - Восточные славяне в VI-XIII вв. М., 1982.
Седов В.В., 1985 - Днепровские балты // Проблемы этногенеза и этнической истории балтов. Вильнюс, 1985, с. 20-29.
Седов В.В., 1987 - Балты // Финно-угры и балты в эпоху средневековья (Архнология СССР). М., 1987, с. 353-456.
Седов В.В., 1994 - Славяне в древности. М., 1994.
Топоров В.Н., 1972а - "Ваltiса" Подмосковья // Балто-славянский сборник. М., 1972а, с. 217-280.
Топоров В.Н., 19726 - О балтийском элементе в Подмосковье // Ваltistiса. Priedas. I. Vilnius, 19726, с. 185-224.
Топоров В.Н., 1980 - Гаivai - Galindite -голядь (балт. *Galind - в этнолингвистической и ареальной перспективе) // Этнографические и лингвистические аспекты этнической истории балтских народов. Рига, 1980, с. 124-135.
Топоров В.Н., 1981 - Голядский фон ранней Москвы (О балтийском элементе в Подмосковье) // Проблемы этногенеза и этнической истории балтов. Тезисы докладов. Вильнюс, 1981, с. 112-117.
Топоров В.Н., 1982 - Древняя Москва в балтийской перспективе // Балто-славянские исследования. 1981. М., 1982, с. 3-61.
Топоров В.Н., 1988 - Балтийский элемент в гидронимии Поочья. 1 // Балто-славянские исследования. 1986. М., 1988, с. 154-176.
Третьяков П.Н., 1970 - У истоков древнерусской народности. М., 1970.

--------------------------------------------------------------------------------

В.В.Седов

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 12, 2007 11:48 am 
Не в сети
Давний участник
Давний участник

Зарегистрирован: Ср окт 10, 2007 11:45 am
Сообщения: 43
Откуда: Хабаровск
На счет происхождения название Москвы. Я слышал и такую гипотизу: Изначальное населения Москвы состояло именно из фино-угорского население. А именно племена "Мокша", относящиеся к фино-угорскому этносу.От слова мокша и происходит этноним Москва.Ну и тд. Чесно говоря не хочется искать этот рессурс в своем архиве. Так что извиняюсь . Буду писать своими словами.Я думал ,что изначальное этническая група(тоесть аборигены) в области москвы были имено фино-угры. И именно большинство этимологии на територи Руси преобладает в фино-угорском направлении (ну так же и угры оставили множество этимологий на територии Руси)


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 12, 2007 4:06 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
Поляк писал(а):
На счет происхождения название Москвы. Я слышал и такую гипотизу: Изначальное населения Москвы состояло именно из фино-угорского население. А именно племена "Мокша", относящиеся к фино-угорскому этносу.От слова мокша и происходит этноним Москва.Ну и тд. Чесно говоря не хочется искать этот рессурс в своем архиве. Так что извиняюсь . Буду писать своими словами.Я думал ,что изначальное этническая група(тоесть аборигены) в области москвы были имено фино-угры. И именно большинство этимологии на територи Руси преобладает в фино-угорском направлении (ну так же и угры оставили множество этимологий на територии Руси)


Не совсем так - имею ввиду не споры о том, кто изначально жил именно на территории Москвы (точнее, на городище, из которого в дальнейшем произошла Москва), а то, что название города произошло от названия реки Москва (а не наоборот) - и это название реки вполне могло быть именно финское, а не балтское. Река ведь в основном течет именно по тем территориям, где жили финские племена.

Все таки этот вопрос пока что однозначного ответа не имеет. Об этой проблеме можно почитать дискуссии в Форуме «Центральноазиатского исторического сервера»

Слово река в разных языках
ПО названиям реки просл. миграции народов
http://www.kyrgyz.ru/forum/index.php?sh ... 2313&st=60

Другое дело - население городищь на нынешней территории Москвы - пока что в археологами найденных и исследованных городищах и курганах (а их уже найдено несколько десятков), насколько я знаю, найдены только балтские (то есть галиндов) артефакты. А выше их уже найдены славянские - финских тут не найдено.

Такие финские артефакты найдены немножко севернее Москвы - да и языковые исследования показывают, что именно севернее Москвы (городища) проходила граница проживания галиндов и финноязычных племен.

Хотя некоторые ученые (особенно из финских народов) с этим не согласны - они считают, что часть артефактов, которые считаются галиндскими, являются финскими.

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Последний раз редактировалось KestaS Пт окт 12, 2007 4:17 pm, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 12, 2007 4:14 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва

Ниже небольшая выдержка из дискуссии в Форуме «Центральноазиатского исторического сервера»
Слово река в разных языках
ПО названиям реки просл. миграции народов
http://www.kyrgyz.ru/forum/index.php?sh ... 2313&st=60

[quote name='cheremis' date='4.3.2007, 11:13' post='42896']
Балты скажут , что это всё балтское , они уже давно расширили зону обитания голяди , голиндов ... Заняв многие мерянские селения типа Дьяково (находящееся на территориии Москвы и принадлежащее мерянскому народу) .
[/quote]

[quote name='Eger' post='42880' date='4.3.2007, 8:03']
В коми-языке, например, часто названия рек с формантом -ва ('вода'), который, якобы, восходит к индоевропейской языковой общности (др.-инд. udakam, прус, wanda, лит. vandou, лтш. unda).
А нынешние:
Москва, Протва, Болва, Смедва, Водва, Дедва, Дрезва, Нидва, Титва и др.
откуда?
[/quote]

Примечание - По литовски вода - "vanduo" ("вандуо"), а не "vandou".

Названий рек типа - Москва, Протва, Болва, Смедва, Водва, Дедва, Дрезва, Нидва, Титва и др. - много и на нынешней территории Литвы (Ашва, Бябирва, Браства, Будрейва, Дряшва,.... ).

Таким же образом формировались названия древних балтских земель - Йотва (где жили ятвяги), Скалва (жили скалвяй или скалувяй), Летва (Lietva) (отсюда русское Литва) или Летува (Lietuva) (жили летувяй, то есть литовцы), Латва (жили латвяй, то есть латыши).

Много названий рек с -вэ (Цядвэ, Гальвэ, Гаршвэ,...) (Примечание - в русском языке такого звука (и в окончании слов, и вообще) нет, поэтому пишу букву -э, а в русском оно скорее всего трансформировалось в -е или -а).

Кроме того, в Литве очень много названий рек с окончанием -ува (например, Алгува, Аунува, Аушбрува, Дягува, Дитува, Гардува ) и -ава, -ява (-иава) (Бикава, Чисава, Дайнава, Дотнава, Дубрава, Гарява,... )

(Примечание - Просмотрел словарь литовских гидронимов до буквы г).

В принципе названия рек могут быть смешанного происхождения -корень древний (не обязательно финский или балтский, а еще более древний), а окончание - или финское, или балтское, или бывшее финское переделанное в балтское (или на оборот). Так как контакты балтов и финнов в подмосковье продолжались не одно тысячелетие, а потом еще прошла славянизация, то сейчас очень трудно установить что как менялось.

************************************************************************************

В литовском слово "бала" означает "болото" и по мнению языковедов происходит от слова "балтас" - "белый". Название "Вожбал" очень похоже на соответствующие литовские названия - "Ажубалэ" или "Ужубалэ", "Ужбалэ", то есть "Место за болотом" - таких названий в Литве полно.

В литовском "упэ" (upė) - "река", а в прусском - "апэ".

В русской транскрипции правильнее писать "тякэ", а не "теке". (по литовски пишется - "tekė", но литовская буква е соответствует русскому звуку я, а не русскому е, который по литовски пишется двумя буквами - ie, а звука ė в русском вообще нет. Кроме того, в русском языке нет деления гласных на длинные и короткие, а в литовском они имеют большое значение - часто это совсем другие слова. Аналогично в литовском нет русского звука ы).


Я все таки не думаю, что -ва (-ува, -ава) в назвниях рек (и земель) с балтскими названиями происходит из слова "вандуо" ("вода"). Это общий суффикс древнеиндоевропейского происхождения (аналогично в русском -ово и похожие).

*************************************************************

В балтских языках к окончаниям названий "не припаивается" слово "вода".

Обычно к названию обьекта (часто это какое то свойство обьекта - глубина, длина, цвет, форма, скорость потока, кривизна и так далее) добавляются слова - "эжярас" (озеро), "упэ" (или апэ) (река), "упялис" (речка), "бала" (болото), "пялкэ", "палиос" (трясина, топь), или другие обьекты - "акмуо" (камень) или "акменс" (камня), "акмянис" (камни) и так далее. Иногда эти названия "слипаются".

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пт окт 12, 2007 5:19 pm 
Не в сети
Давний участник
Давний участник

Зарегистрирован: Ср окт 10, 2007 11:45 am
Сообщения: 43
Откуда: Хабаровск
Удивительные у вас знаня KestaS в аспектах лингвистики. Я прсто восхещен. Приятно общатся с человеком подобна вам и собственно с вами.Ну что касается не которых фактов на счет изначального населения балтов и фино-угров в московской области. Когда то я опубликовывал тему о преобладинии фино-угорских генов в центральной России и собственно в Москве.Мне интересно узнать на этот счет ваше мнение. Тема эта не с конкретного источника ,поэтому ее скорее всего анализировал какой-то националист. Но суть об эксперементе русского генофонда впринципе должна быть понятна.

Спорное славянское единство
Михаил Голденков, 18.08.2006

Российские ученые впервые в истории провели исследование русского генофонда и… были потрясены. Хотя, правду узнать можно было давным-давно, о чем я и писал в предыдущей статье «Русь, русский язык и страна Москель». Писал, еще ничего не зная о выводах российский ученых.

Итак, завершено и к концу года готовится к публикации в издательстве «Луч» первое масштабное исследование генофонда русской нации, которое проводилось самыми передовыми методами ДНК-анализа, с изучением антропологии, традиций, имен и языка. Сенсация получилась невероятная – русские вовсе не восточные славяне, как и не славяне вообще. Их родными братьями по крови являются финны Финляндии, эстонцы, мордвины и карелы. Разница между русскими и финнами – всего тридцать пунктов, что очень мало. Но куда как меньше этих пунктов – всего два-три – между русскими и российскими финно-уграми: мордвинами, марийцами, вепсами, карелами. Между русскими и татарами также небольшой разнос – те же самые тридцать пунктов (чистокровные тюрки и финно-угры также родня).

Братьями-славянами оказались лишь, русские Смоленской, Брянской и Курской областей, белорусы и поляки. В меньшей степени словаки и чехи. И все на этом. Даже украинцы не попали в этот ряд! Как выснилось, вся Восточная Украина - это такие же славянофицированные, как и русские финно-угры (мордовско-москельские племена), а запад Украины оказался родственный тюркам. Не смотря на то, что в Украине присутствует значимая славянская составная, она не превышает остготскую (восточно-шведскую, ибо готы еще с 4 века жили на территориях Украины и Беларуси) и куда-как меньше тюркско-финской. Основная же масса западных украинцев – это русифицированные потомки сарматов.

Так вот почему Украина разбилась на Запад и Восток на последних выборах!? Тут вероятно вопрос не только в политических пристрастиях, но и в генетическом различии населения страны?

У чехов со словаками, как и у западных украинцев присутствует в большой степени кельтская кровь галлов, раков и бёмов. Ну, а нас, западных русских, белорусов и поляков объединяют славяне и балты, которых идентифицировать значительно трудно, ибо, особенно западные балты, были близко-родственными славянам народом даже по языку.

И еще один миф был разгромлен. Самые распространенные русские фамилии – это вовсе не Иванов-Петров-Сидоров, но Смирнов, Иванов и Кузнецов. Петров – на десятом месте, а Сидорова вообще нет в первой двадцатке популярных русских фамилий.

Российский государственный журнал «Власть» уже бьет тревогу, считая, что сие открытие может иметь «непредсказуемые последствия для России и мирового порядка».

Чего же так испугались журналисты из «Власти?» А испугались того, что придется переписывать практически всю историю России, которая в нынешней редакции является ложью и пропагандой от начала до конца.

Теперь все эти войны России с поляками и литовцами должны будут представлены в истинном свете, как войны финно-угорской Московии (которая еще пока не называлась ни Русью, ни Россией) с Русью, русским государством Великое Княжество Литовское, о чем я и писал в прошлой статье http://n-europe.eu/content/index.php?p=49. Придется выдать и ту правду, что московитский язык за сто лет, от конца 16 века по конец 17 века, пополнился лишь пятьюдесятью русскими словами, а так называемое греческое православие Москвы куда как легче было назвать западным исламом. Да и все европейские карты 14 – 17 веков разделяют понятие Московия и Русь (Rusia). Под Русь в первую очередь попадали украинские и белорусские (литовские) земли.

Оно верно, к термину «русь» с 9 по 15 века присоединялись многие. Еще когда Рюрик пришел со своими русами в земли финской веси и чуди, то легендарная весь или вси (самоназвание звучит как вепсь) прозвалась вся-рустью. Термин «вся русь (русть)» попадается то тут, то там в летописях постоянно. Но русские историки этого никогда не замечали, а когда заметили, то современный российский историк В. Я. Первухин в своей книге «Начало этнокультурной истории Руси IX – XI веков» (Русич, 1995 г.) объяснил, что «вся русь» это никакой ни народ, а дружина князя, где вместе с варягами были, мол, и славяне.

Но почему такой вывод сделал Петрухин – не ясно. Ведь армянский историк начала 11 века, тоже пишет о «всех русах числом 6 000 человек», разбивших грузинское войско. Это ведь уже не княжеская дружина, но византийские варяги-наемники, и не весь русский народ, ибо всего 6000! Еще в 17 веке в московских документах можно встретить обращение «люди всей рустии» - оригинальное название русских вепсов. Русть (по-фински Ruosti, а по-эстонски Roosti - Швеция) – так называли союз викингов, куда позже вошли и полабские славяне. Именно русинские славяне сорбы пришли с Эльбы на помощь Императору Византиии в 625 году, чтобы сражаться с аварами. Сорбы, прибывавшие на Балканы до 650 года, перемешались с местными жителями, русифицировали тюрок булгар и основали на Дунае страну Рустению (позже Рутению), столицей которой и был русский Киевец (по-венгерски Кёве), куда мечтал перенести столицу Святослав.

Русией или Рустенией именовался и датско-славянский остров Рюген (Рустинген), где родился Рюрик. На юге из наименования Русти постепенно отпала буква «с», а на севере «т». Руси было в Европе как минимум четыре – датско-шведско-славянская с центром в Дании и Рюгене; дунайская, с центром в Киевце (Кёве); Днепровская – Киев; и ладожско-белозерская всея-Русь – Русь племени вси (вепсь). Русы колонизировали вепсовскую землю, раскинувшуюся от Чудского озера до озера Белого с запада на восток, и от Ладоги до Москвы-реки с севера на юг. Не будь повального обрусения вепсов, закончившегося только в петровскую эпоху, то сейчас вепсов было бы от 12 до 15 миллионов человек, ибо потомков куда как малочисленных ямь и сумь сейчас в Финляндии насчитывается около 5 миллионов.

Но ныне вепсов всего около 12 000, живущих в Ленинградской области, в Карелии и Эстонии. Естественно, что славный и могучий народ, который исходя из летописи ПВЛ в отличие от словен шел на Царьград под расписными парусами, вовсе не вымер, как мамонты, а русифицировался, сохранив свои курносые носы, балалайки, саамские косоворотки и абсолютно чуждые славянам танцы в присядку и лапти. Эта же участь – русификация – постигла и чудь, мурому, мерю, мещеру, черемису, чудь заволочскую, водь, ижору, мордву-эрзю и москель (мокош), как и большую часть мордвы, перми, карелы и коми. В сумме с виртуальными потомками вепсов мы и получим более 60 миллионов современных русских людей Европейской части России. Все сходится с исследованиями ДНК и форм лиц русского народа. Прибавьте сюда потомков русифицированных тюркских половцев (казаков), печенегов и булгар. Тогда станет понятна и тридцатипунктная схожесть с татарами.

Выводы
Получается, что из восточных славян остались одни беларусы? Х-м. Но термин восточные славяне вообще не верен, ибо никогда не было восточных славян, как и не было западных, северных или южных. Таких распределений нет у романцев или германцев. Северянами германцы называют лишь скандинавов, да и то только по географическому их положению и схожести языка.

Наши предки жили даже западней лендзян-поляков и чехов, до переселения из земель Полабья. Изначально все славяне ютились между рек Эльба (Лабы) и Одер, которая и переводится, как порог, граница, предел.

Вот почему ВКЛ (Литва) и Польша постоянно объединялись, воюя против, якобы, России. Объединялись два родственных славянских народа, защищаясь от агрессивных наследников Золотой Орды. Не шли русины на восток, а усиленно пытались оградиться от него на тех позициях, на которых славяне жили со времен переселения Рюрика.

Исследования российских ученых доказало лишний раз – русские славяне не продвинулись на восток далее легендарных границ Киевской Руси. Там, за Смоленском и Курском не было русских, звучала совершенно непонятная уральская речь финно-угров. Это не русские шли на восток, а восток шел на Русь, усиленно пытаясь ею стать. Русский язык был моден в Орде, в Москве щеголяли русскими словами, но над таковыми подсмеивались, как подсмеивались в 1960 – 70-е годы над длинноволосыми стилягами. Книги английских и немецких лингвистов 16 – 17 веков доказывают – язык Московии за сто лет так и не стал славянским, пусть и приобрел в течение этого времени 49 слов русинов.

Это лишь усилиями историков Петра Первого и специальной комиссией Екатерины желаемая русификация России наступила чуть ли не сразу по приходу Рюрика. Пушкин называл Карамзина Колумбом русской истории, ибо он, Карамзин, потомок ханского рода Карамаза, первым обстоятельно описал историю Российского государства. Но ведь Карамзин выполнял государственный заказ Александра I, и в его трудах термин Россия и россияне заменил термин Русь и русские. Этот вопрос даже Карамзин деликатно обошел, замазав штукатуркой недомолвок.
[/u][/code]


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Сб окт 13, 2007 4:49 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
Поляк писал(а):
.Ну что касается не которых фактов на счет изначального населения балтов и фино-угров в московской области. Когда то я опубликовывал тему о преобладинии фино-угорских генов в центральной России и собственно в Москве.Мне интересно узнать на этот счет ваше мнение.
[/u][/code]


Исследования генофонда человечества - очень интересная и перспективная тема.

Но делать какие то окончательные выводы о принадлежности каких то генов или их гпупп какому то конкретному этносу или группе родственных народов, по моему, еще преждевременно. Просто слишком мало надежных материалов по разным народам, а тем более по различным группам внутри этих народов.

Например, из лингвистических данных хорошо известно, что финские и балтские народы довольно продолжительное время жили рядом и имели близкие родственные связи - разные финские языки даже позаимствовали у балтов названия родственных отношений. То есть генны балтов и финнов перемешивались уже несколько тысячелетий назад.

Славяне по своим языкам очень близки балтам, особенно западным - пруссам и ятвягам. То есть славяне (их предки) тоже, наверное имели близкие отношения и с финскими племенами (напрямую), или через посредников из балтских племен. И тоже уже очень давно должны были получить финские генны.

Другое дело - это хорошо известные исторические события последнего тысячелетия - восточные славяне постепенно ассимилировали древнее балтское население на территории нынешней Беларуси, Украины и части Центральной России - вместе они получили и древние генны финнов (которые уже давно присутствовали у восточных балтов).

Позже эти люди (славяне, славянизированные балты, может и часть славянизированных угров и тюрков) вошли в прямое соприкосновение с многими финскими племенами - то есть опять в русский генофонд влились финские гены.

Поляки, белорусы и украинцы древние финские гены получили от славянизированных балтов и, конечно, процент этих финских генов намного меньше, чем у русских, которые (наверное, можно так сказать) почти на половину имеют финно-угорское и тюркское происхождение.

Ведь древние народы никуда не изчезали - они просто меняли свои языки. Это очевидно из лингвистических фактов - по всей территории России, Белоруси и Украины сохранилось десятки тысяч древних не славянских топонимов (разных языков и исторических времен) - в том числе и множества очень мелких обьектов. Такое могло произойти только в том случае, когда местное население не было уничтожено или куда то ушло, а было постепенно, за многие века, славянизировано.

В этом процессе основное действие сыграли совсем не генны, унаследованные от предков, а официальная государственная религия - православие или католицизм.

******************************************************************

Насчет политических отношений между ВКЛ, Польшей и Московией (позже Россией) - тут генны точно ни при чем.

Все три государства были многонациональными расширяющимися империями. Их правители были прагматики и всегда смотрели свою личную выгоду. На какие то национальные особенности, например, язык, им было наплевать. Другое дело - религия. Каждый правитель язычник изучал окружающую обстановку и решение принимал в зависимости от возможной выгоды.

Русь ведь тоже могла стать не христянской, а мусульманской (или даже юдейской - как хазары) страной.

То же самое в свое время происходило и с Польшей - она приняла католичество, так как ее правителю это была наиболее выгодная сделка.

Разные правители Литвы почти два столетия много раз принимали крещение (о мусульманстве и юдействе речи не было - не те соседи, как у древней Руси) - то католическое, то православное - в зависимости от конкретных обстоятельств конкретного периода.

Например, Витаутас (Витовт), принимал разное крещение 4 или даже 5 раз. Его двоюродный рат Йогайла (Ягелло) от него тоже не отставал. Но в конце концов Йогайла женился на польской Ядвиге и принял католичество, чтобы стать королем Польши, а за ним и Витаутас (чтобы стать королем Литвы -что ему почти и удалось в 1430 году, не хватило только нескольких дней - умер после охоты).

В следствии этого прагматического выбора литовцы в более поздние времена были сильно ополячены - практически вся шляхта постепенно перешла на польский язык, а не на русский или белорусский. Их потомки обычно уже считают себя поляками, говорят на польском языке, хотя у многих из них явные литовские фамилии.

На белорусский перешли в основном литовцы-крестьяне, жившие в Восточной Литве. Их потомки сейчас католики, но говорят по белорусски.

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Сб окт 13, 2007 5:25 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
Вот интересное замечание по поводу названия Москвы.

По-латышски Москва — Maskava (Маскава). Скорее всего это название предки латышей получили от других родственных балтских племен (от галиндов или их соседей).

Можно сделать предположение, что сами галинды Москву тоже называли Маскава, а не Москва.

Латыши также сохранили и древнее название своих солседей - krievi (кревм), которым они до сих пор называют русских. Очевидно именно так называлось плея кривичей, до их славянизации.

Видим две древние формы названия Москвы: балтское - Маскава и Как известно из разных исследований,финское - Масква. До наших дней в русском языке сохранилась форма Москва (Масква), то есть финское население скорее всего все таки преобладало - по крайней мере, если не вначальный период славянской колонизации, то в более позднее время.

Это известно и из исторических источников - галинды несколько раз воевали с правителями Москвы, но были разбиты и отступили на юг. Скорее всего, после этих событий и население Москвы стало в основном не балтским, а славяно-финским.

Сохранившаяся мелкая топонимика тоже показывает, что южнее Москвы галинды проживали еще долгое время (несколько столетий), пока не были окончательно славянизированы.

Примечание.

Как известно из исследований в разных областях археологических, исторических и лингвистических наук, восточные славяне продвигались на север и восток в основном по водным путям.

Река Москва была одним из таких путей.

Поэтому именно у таких водных "магистралей" славяне в первую очередь захватывали местные городища и их колонизировали, а земли в стороне от этих "магистралей" еще долго оставались населенными автохтонным населением, сохраняющим свой язык и обычаи.

Все резко изменилось, когда Русь официально приняла христянство и оно реально распространилось по всем восточнославянским землям - после этого и не славянское население стало быстро славянизироваться.

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Сб окт 13, 2007 8:03 pm 
Не в сети
Статистик
Статистик
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Сб сен 29, 2007 7:29 pm
Сообщения: 278
Откуда: Литва
контрольное сообщение

_________________
Все, что сегодня происходит, имеет свои корни в прошлом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Восточные галинды («голядь») и происхождение Москвы
СообщениеДобавлено: Вс дек 16, 2007 10:08 pm 
Не в сети
Наблюдатель
Наблюдатель

Зарегистрирован: Пт дек 29, 2006 7:42 pm
Сообщения: 136
Откуда: Москва
Все тут у вас длинно, мелко и научно. До безобразия. До безобразия потому, что - копание в мелочах, уж простите. А надо глянуть на проблему, так сказать, с птичьего полета. Тогда все прыщики на теле не будут видны, зато тело само предстанет отчетливо, примерно как вся Евразия из космоса, с высокой орбиты.
Именно такой подход я предлагаю
http://zhurnal.lib.ru/s/sinjukow_b_p/7pkratko.shtml
http://zhurnal.lib.ru/s/sinjukow_b_p/04 ... atko.shtml
http://zhurnal.lib.ru/s/sinjukow_b_p/03 ... ratk.shtml

_________________
Борис Синюков


Вернуться к началу
 Профиль Отправить email  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 10 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  






Powered by phpBB2
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB